Повествование на военно-морскую тему (автор неизвестен, много букв)
Искры войны
Глава 3
Юго-западное побережье имперского континента. Город Гайон, столица одноименной провинции.
Гайон был одним из древнейших городов на континенте – если верить историкам, первое поселение могло быть основано здесь еще лет за сто до исходной точки общепринятого летоисчисления. Выгодное расположение позволило рыбацкому поселку быстро вырасти в приморский городок, а позднее и в процветающий город с громадным по тем временам населением в четверть миллиона жителей. Под названием «Гайэрн» он сделался крупным торговым центром еще во времена Первой Империи, а после ее краха и ста лет хаоса и междоусобиц, благодаря выгодному расположению и богатству, возвысился над соперниками и стал центром Второй Империи, правившей на континенте и прилегающих к нему островах почти четыре века.
Гибель Гайонской державы была страшной и – в противовес Первой Империи, чья агония продлилась целых сто лет – довольно быстрой. Все началось с распри между базилеосом Литарием и главами Конклава Истины – союза религиозных орденов, набравшего большое влияние на континенте. По мнению правителя империи – слишком большое; но попытка урезать привилегии и прибыли орденов привела к междоусобице, получившей имя Войны Истины. Часть континента поддержала базилеоса, другая предпочла Конклав, и Вторая Империя оказалась расколота надвое. Война продолжалась двенадцать лет и окончилась победой Конклава. Литарий покончил с собой – а может, был убит – и Ордена Истины утвердили собственную власть над континентом. Впрочем, ненадолго: разрушительная междоусобица привела державу к полному истощению. Голод и эпидемии собирали жуткую дань по всему континенту, в провинциях хозяйничали шайки мародеров, и уцелевшие сторонники низложенного базилеоса не спешили сложить оружие. Страшнее того, почувствовав слабину, островные державы Запада и Востока предприняли совместное вторжение, и этого Гайон уже не выдержал.
Последовал новый период смуты и анархии, прежде чем на волне восстаний против ивирцев и анадриэльцев поднялась Третья Империя, центром которой был Ксаль-Риум на юго-востоке континента. Гайон тоже возродился со временем, теперь в роли крупнейшей провинции новой державы, причем гайонцы порой вели себя так, словно они, а не ксаль-риумцы, по-прежнему являются истинными владыками Империи.
Дэвиан смотрел на город из окна дворца легата, откуда открывался великолепный вид как на сам Гайон, так и на акваторию его порта, где покачивались на волнах сотни кораблей: от мелких рыбацких баркасов до внушительных грузовых и пассажирских судов. Солнце поднималось над горизонтом на востоке, заливая город и порт ослепительным светом. Несмотря на раннее время, было жарковато – что характерно для здешних широт, тут прохлада воспринималась как редкий, и потому особенно ценный дар природы.
- Господин префект Каррел, - с подчеркнутым уважением произнес легат Гардейн.
Дэвиан оторвался от созерцания города.
- Господин легат, - не менее официально откликнулся он.
Легат – то есть, губернатор – Гайона и западных островных владений Империи был невысоким коренастым мужчиной лет шестидесяти, с блистающей лысиной и маленькими, но проницательными глазами. В отличие от своего зятя, он был неглупым человеком и неплохо вел дела в подведомственных ему провинциях, но было очевидно, что мятеж застал его врасплох. На круглом лице легата Гардейна отражалось плохо скрываемое беспокойство.
Помимо Гардейна и Дэвиана Каррела, в кабинете легата присутствовали еще три человека. Лагрин Тейран, зять легата и флаг-капитан Западной эскадры, а также Магистр Западной армии Дариус Лютиэн и один из подчиненных ему офицеров, субпрефект Кассилий Трегайн. Тейран казался встревоженным, Лютиэн – скорее раздраженным, Трегайн – усталым, как загнанная лошадь. Дэвиан догадывался, что за последние сутки бедняге не представилось возможности хоть минутку передохнуть.
- Ну, что же, давайте начнем, - вздохнул легат. - Магистр Лютиэн, было бы неплохо, если бы для начала вы в точности обрисовали обстановку на острове Анлакар. Что там происходит в настоящий момент?
Магистр привстал с кресла. Он был солидным мужчиной в годах и происходил из потомственного дворянского рода. Самой примечательной деталью его внешности, безусловно, была борода – пышная, ухоженная, седая, она создавала впечатление, будто лицо Магистра укутано в шар из пушистой ваты, и с лихвой компенсировала полное отсутствие каких-либо способностей или достоинств. Но темно-пурпурный с золотом армейский мундир сидел на Лютиэне безукоризненно, а глаза сверкали воинственностью. Хоть сейчас, при всех орденах, регалиях и сабле, на портрет или на пьедестал – в виде конной статуи.
- Да, легат, - проговорил он своим густым, внушительным голосом, как нельзя лучше подходящим к впечатляющей внешности. - Субпрефект Трегайн введет нас в курс дела.
Субпрефект встал и прокашлялся. Он был невысок, щуплого сложения, лысоват и на фоне грозного начальника совершенно терялся.
- Ситуация тяжелая, - начал он без предисловий. – Информация подтвердилась: мятежникам удалось внезапным ударом захватить аэродром на Анлакаре. Но есть и хорошая новость: из пятидесяти шести дальних бомбардировщиков тридцать четыре успели покинуть аэродром. Они же вывезли пилотов и часть обслуживающего персонала. Самолеты дотянули до континента и приземлились без помех. Те аэропланы, которые не удалось увести с Анлакара, были сожжены. Так что, по крайней мере, мятежникам не досталась наша авиация.
- Хоть что-то хорошее, вы правы, субпрефект, - заметил Дэвиан. – Я опасался возможности воздушной атаки на Кадар.
- Да, префект Каррел, но это единственное, чему можно радоваться. Мятежники также захватили арсеналы на Анлакаре. Теперь у них достаточно оружия, и их численность – не менее пятнадцати тысяч человек. Имперских солдат на острове осталось меньше трех тысяч, и они отступили в Атрию. Мятежники окружили город. Оборону Атрии возглавил субпрефект Артур Тион, он поддерживает с нами постоянную связь. Ему удалось организовать отряды ополчения, но им не хватает ни оружия, ни боеприпасов. Атрия не продержится долго, - заключил Трегайн. – Если мы не вмешаемся, город падет дней через пять. Если это произойдет, Анлакар будет всецело во власти мятежников. Выбить их будет стоить Империи больших усилий, кроме того, жертвы… - Трегайн сжал кулак. - В Атрии сейчас собралось почти тридцать тысяч человек – коренные ксаль-риумцы и гайонцы. Если ивирские мятежники ворвутся в город, они утопят его в крови.
- Этого не случится! – громыхнул Магистр Лютиэн. - За пять дней мы успеем перебросить в Атрию не меньше двух полных легионов, и с мятежом будет покончено уже к закату того же дня!
Слушая воинственную речь Магистра, Дэвиан сдерживал усмешку. Военные термины вроде «легиона» появились в Ксаль-Риуме сравнительно недавно, то есть, лет сто назад, когда к власти пришел Император Тревелан Каррел, питавший страсть к эпохе Первой Империи. Он и ввел в обиход додревние «имперские» наименования. Батальоны, полки и дивизии стали нумериями, когортами и легионами, губернаторы областей – легатами и квесторами - а маршалы, генералы и полковники превратились в Магистров, префектов и субпрефектов. Некоторые затруднения вызвал только вопрос – как переименовать артиллерийские соединения, ведь во времена Принципиона никто еще не слышал про порох. Но Тревелан и тут с честью вышел из положения: отнеся артиллерию к вспомогательному роду войск, он разбил ее на ауксилии. Оставалось только радоваться, что в те времена еще не существовало хотя бы авиации, иначе, несомненно, и самолеты сегодня делились бы вместо звеньев и эскадрилий на какие-нибудь турмы и алы.
Покончив с названиями, Тревелан собирался заняться собственно организационной структурой войск, намереваясь перекроить и ее по образу и подобию легионов древней державы. Но этим планам помешало осуществиться несчастливое стечение обстоятельств: на третьем году правления Император безвременно скончался от скверной болезни, известной в народе как «печать блудницы» (коей, по слухам, заразился, инкогнито посещая дешевые портовые бордели). Так он и покинул сей мир, оставив по себе единственное напоминание – нелепые в нынешнюю эпоху воинские звания и подразделения, которые, как ни странно, прижились в ксаль-риумской армии. У преемников покойного правителя всякий раз находились дела более важные, чем снова переиначивать все назад, и хотя за столетие в ходе реформирования армии от части тревелановых нововведений избавились, некоторые звания и наименования уже успели войти в традицию и сохранились.
Легат Гардейн вздохнул.
- Очевидно, вы правы, Магистр, - неохотно проговорил он. – Наш долг – защитить граждан Империи и не допустить резни. Я немедленно свяжусь со столицей и запрошу добро на начало военной операции по… умиротворению Анлакара.
- Я уверен, Его Величество Император Велизар даст нам такое разрешение, - заявил Лютиэн. – Наши регулярные войска быстро покончат с мятежом. Солдаты уже готовятся к погрузке на корабли. Они высадятся в Атрии и защитят город, а затем перейдут в контрнаступление и раздавят бунтовщиков. Полагаю, префекту Каррелу не составит труда обеспечить прикрытие войсковых транспортов и поддержку нашей операции с моря? – Магистр вопросительно посмотрел на Дэвиана.
- Магистр Лютиэн, легат Гардейн, все может быть сложнее, чем вы думаете, - сухо ответил тот. – Я получил сообщение от своих разведчиков. Как только поступило известие о мятеже, я приказал двум легким КР с гидросамолетами на борту выдвинуться к западным морским границам и следить за перемещениями ивирцев. Разведчики обнаружили султанский флот.
- Что вы хотите сказать, префект Каррел? – Лютиэн нахмурился.
- Точно то, что сказал, - невозмутимо ответил Дэвиан. - Ивирские корабли направляются к Анлакару с явным намерением блокировать порт Атрии с моря. Вероятно, к настоящему моменту ивирцы уже пересекли наши морские границы.
- Вы уверены, что это не блеф, господин префект? – нахмурился легат Гардейн.
- Уверен.
Легат побледнел и потянулся к стоявшему перед ним на столе стакану с холодной водой.
- Сколько кораблей? – спросил он. – Я надеюсь, что, в случае… возможного столкновения, Западная Эскадра в состоянии остановить ивирцев?
- Возможно, - ответил Дэвиан. – Я неудачно выразился, господа. Там не просто отряд кораблей под ивирским флагом, там главные силы султанского флота. Включая пять линкоров.
- Невозможно! – воскликнул флаг-капитан Тейран. - Ведь это означает объявление войны. Султан никогда бы не осмелился…
- Один раз уже осмелился, не так ли? – возразил Дэвиан. - Как всем присутствующим известно, за последние восемь лет агинаррийцы продали Ивиру семь дредноутов и линейных крейсеров, списанных из состава их собственного флота. Это старые корабли, но вполне боеспособные. С их приобретением ивирцы увеличили мощь своего флота на семьдесят стволов крупнокалиберной артиллерии – то есть больше чем вдесятеро. У ивирцев теперь семьдесят два больших орудия против двадцати восьми у нас в Западной Эскадре. Это могло бы прибавить наглости человеку и более умному, чем Ажади Солнцеподобный.
- Возможно, вы правы, префект Каррел, - кивнул легат. Он выглядел обескураженным, но владел собой неплохо. - Около часа назад из столицы пришла сверхсрочная депеша. Сегодня посол Ивира в Палатиане объявил о том, что султан признает независимость острова Анлакар и готов, кхм, «защищать своих братьев по крови и вере, пока бьется его сердце». Это дословная цитата. Вместе с вашей информацией, заявление ивирцев не оставляет сомнений в том, что Ажади Восьмой намерен вмешаться в события.
- Великий Творец и все десять пророков его, мучеников! – Магистр Лютиэн ударил кулаком по подлокотнику кресла; его круглое лицо побагровело от гнева. – Значит, они наконец-то сбросили маски!
- Простите, Магистр? – удивился Гардейн.
- Разве не ясно? Ивирцы не начали бы действовать так быстро, если только все не было спланировано заранее. Как мы и подозревали, за мятежом на Анлакаре стоят они!
- Ажади, должно быть, обезумел, - заметил Лагрин Тейран с недоумением. – Пожалуй, ивирский флот сейчас… несколько превосходит по численности Западную эскадру, - неохотно признал он, - но что это меняет? В сравнении с совокупной мощью трех основных флотов Империи его силы ничтожны!
- Как справедливо указал префект Каррел, султан и прежде демонстрировал склонность к… бессмысленным авантюрам, - возразил легат Гардейн. – Нет, господа, боюсь, что ивирцы действительно настроены серьезно. Это ставит нас перед очевидным вопросом: что теперь делать?
- Ответ не менее очевиден: действовать быстро и решительно, - сказал Дэвиан. - Вы слышали доклад субпрефекта Трегайна – под угрозой захвата порт Атрии. Этого нельзя допустить. Нужно срочно перебросить на остров подкрепления.
- Но если порт будет блокирован ивирскими кораблями…
- Ивирцев я беру на себя. Западная эскадра обеспечит высадку десанта.
- Но, префект Каррел, вступив в бой с флотом Ивира, вы тем самым развяжете войну.
- Войну следует считать развязанной с того момента, когда упомянутый флот пересечет наши морские границы, легат.
- Да, но… - легат Гардейн смешался. Было видно, что все происходящее застало его врасплох. В этот момент Дэвиан даже посочувствовал ему – гайонскому наместнику отчаянно не хотелось ввязываться в войну с соседом, пусть и слабым, и Дэвиан его понимал.
- Боюсь, мы поставлены перед простым и жестоким выбором, легат Гардейн, - сказал он. - Или мы действуем, или мы ждем указаний свыше. Но в таком случае мятежники возьмут Атрию и перережут там всех. Вы не хуже меня знаете нравы ивирцев. Вы хотите спокойно наблюдать из Гайона за тем, как на Анлакаре убивают женщин и детей? Я – нет.
- Я ценю вашу решимость, префект, - проговорил Гардейн, бледнея. - Но все же, я не могу лично дать вам разрешение выступить против ивирцев. Мало того, что это означает военные действия против иностранного флота – как вы сами признаете, у противника значительное превосходство в силах. Я обязан оповестить о происходящем Императорскую ставку и ждать одобрения из Палатиана.
Дэвиан чуть склонил голову.
- Разумеется, мы обязаны оповестить Императора, но, господин легат, вы понимаете, насколько важно сейчас время?
- Я все понимаю, - нет, это была не растерянность, вдруг понял Дэвиан, это банальный страх и нежелание принять на себя ответственность за происходящее. Сочувствие к Гардейну пропало так же быстро, как появилось. - Тем не менее, такие вопросы вправе решать только сам Император Велизар и Генеральный Штаб. Я уверен, что Император примет решение быстро.
- Надеюсь, что так, - произнес Дэвиан. - Я должен знать еще одно – как скоро ваши легионы будут готовы к высадке на Анлакар, Магистр Лютиэн?
Магистр нахмурил густые брови.
- Если проделать все ускоренными темпами, мы успеем загрузить на корабли первый эшелон за день, - пришел на выручку начальству субпрефект Трегайн. – Людей, полевую артиллерию и припасы.
- Но мы не начнем действовать пока не получим подтверждение из столицы, - тут же добавил Лютиэн. – Я разделяю ваш гнев и желание защитить подданных Ксаль-Риума, префект Каррел, но, как воины Империи, мы обязаны выполнять волю Императора Велизара, какова бы та ни была.
- Депеша в столицу будет направлена немедленно, - добавил Гардейн и потянулся к телефону, чтобы вызвать посыльного.
- Безусловно, - Дэвиан кивнул с неприятной улыбкой на губах. - Господа, в таком случае, я вынужден вас оставить. Я должен срочно вылететь на Кадар и позаботиться, чтобы вверенная мне эскадра также была готова к действию в кратчайший срок. И еще одно… как мой начальник штаба, здесь остается для консультаций субпрефект Тейран. Я всецело полагаюсь на вас, субпрефект. Прошу меня простить – у меня действительно очень мало времени.
И Дэвиан откланялся прежде, чем кто-либо успел вставить слово. У широко распахнутых ворот его уже ждал черный автомобиль. Дэвиан забрался на заднее сиденье и бросил водителю:
- В аэропорт. И быстро.