Глава 3
На часах половина четвёртого – для школьников рабочий день остался позади. Пол Макторин рассказывал о Дублине. По правде говоря, за десять минут пути, которые он прошёл с Бонни, он больше спрашивал. Обо всём: о городе, о местных достопримечательностях, о людях и о Бонни. Но делал это ненавязчиво – он видел грань и понимал, что с Шарпс они ещё не столь близки. В разговоре инициатива оставалось за ним, ведь для Бонни непривычно просто гулять и беседовать с мальчиком. На последнем уроке она нервничала, думала, как не попасть в неловкое положение весь путь до дома, как не опозориться и не оставить плохое впечатление. Но уже с первых минут своей лёгкой непосредственностью и простотой в общении Пол помог ей взять себя в руки и немного расслабиться.
Ощущалось его непритворство: он не боялся сказать что-либо глупое, не хотел показаться умником, не считал зазорным громко посмеяться над своей же шуткой или смешной историей. А юмор у парня был, и правда, на высоте. Почти всегда и Бонни не могла сдержаться, чтобы не засмеяться.
Когда они миновали парк, а Пол настоял на том, чтобы понести сумку Бонни, так как вид у неё был усталый, парень вдруг спросил о наболевшей проблеме Седвилля, о которой девушка за последние пару недель как-то даже позабыла:
— Кстати, я слышал про все эти случаи... — в его голосе не пропала искринка задора, однако сам Пол заметно пригрустнул.
— Какие случаи?
— О пропажах людей в вашем городе. Кажется пятьдесят случаев за полтора года?
— Пятьдесят две, – ответила Бонни. — Это настоящий бич Седвилля. Примерно половина из пропавших находится, но уже мёртвыми и...
— ...И без кожи, да. — продолжил Пол. — Я читал в интернете, что их кто-то освеживал.
— Сначала думали на каких-нибудь сектантов, потом стали поговаривать о Ку-клукс-клане, когда пропали пять афроамериканцев один за другим, при этом никак друг с другом не связанных. Но никто ничего не доказал. Никаких следов. Благо, последние полгода всё прекратилось.
Между молодыми людьми повисла тишина, которую прервала усмешка ирландца:
— Мда, жуткое дело. Но ещё я читал о ряде пропаж партий вашей знаменитой газировки.
— Ты о Колабаме? — улыбнулась Бонни.
— Да, Колабама. Прикольное название.
— Это от двух слов "Кола" и "Алабама". Настоящая маркетинговая гордость нашего штата.
— Я знаю, что её не производят нигде, кроме Алабамы, это правда?
— Конечно. А ещё в Седвилле находится сама компания бренда. В семьдесят первом году Питер Лиммек, уроженец нашего города, на базе Кока-Колы изобрёл новую газировку с совершенно новым и ни на что не похожим вкусом. Запатентовав продукт, он открыл фабрику по производству под Седвиллем, а потом и по всей Алабаме. За рубежом напиток, вроде как, напиток не сильно прижился, но вот в Америке он очень популярен.
— В Европе его не найти, а жаль. — вздохнул Пол. — Жаль, что я не попробовал Колабаму раньше. Это потрясно!
— О, я тоже люблю. — улыбнулась Бонни, шагая рядом с парнем. — Особенно апельсиновый вкус.
— Правда? — Пол перевёл удивлённый взгляд на девушку. — Я тоже люблю апельсиновый. Ещё яблочный и лимонный. Вот клубника и малина они... как бы сказать?...
— Приторные, верно?
— Точно.
— А ты знаешь, что Колабама из Седвилля самая вкусная?
— Ты так думаешь?
— Все это знают. Так называемую седвилльскую Колабаму производят из вод естественных подземных скважин, которые придают газировке особый вкус.
— Что ж, как ни странно, в Седвилле я пока ещё не пробовал, но напился ею в Мобиле. Нужно как-нибудь пригубить.
— Все называют это бредом, но почему-то я верю, что в Седвилле Колабама самая вкусная.
— Что ж, если ты такой фанат этой газировки, то ты обязана меня в этом убедить. — Пол остановился вслед за Бонни у её дома.
— Каким образом? — девушка в нерешительности улыбнулась.
— Думаю, особо важных дел в воскресенье у тебя нет, поэтому в воскресенье мы с тобой устроим мишленовский гайд по всем супермаркетам Седвилля и просмакуем Колабаму.
— В Дублине все такие наглые и самоуверенные? — Бонни забрала у Пола сумку и оглянулась на зелёный одноэтажный домик, дабы убедиться, что никто из домашних за ней не смотрит.
— Да, там ведь одни ирландцы, — самодовольно ответил Макторин. — Жду твоего ответа.
Бонни посмотрела на него и замялась.
— Всё, ты согласна. Я знаю, где ты живёшь и приду за тобой в шесть чесов. Чудный дом. — выпалил Пол, затем благодарно улыбнулся и стал отступать назад. — Это было приятно...
— Что именно?
— Узнать Бонни Шарпс, — он развернулся, сунул руки в карманы красного регби и зашагал вниз по улице. — Bonnie Sharps gleoite!
— Что это значит? — с улыбкой спросила она.
— Что она прикольная!
Продолжение следует...