ПЕРВАЯ ЧАСТЬ: СЫН С СИНДРОМОМ ДАУНА
Этот момент настал не скоро, но он настал: Милэт и Иман остались наедине с медсестрой. Счастливый муж не понимал, в чем дело. В палате было тихо и спокойно. Милэт трясло.
— Наш... — Милэт тут же осекнулась. — Наш малыш болен синдромом Дауна?
Иман посмотрел на жену, как на сумасшедшую, затем перевел взгляд на медсестру, которая ответила кротким кивком.
— Много внешних признаков совпадают. Новорождённый слишком ослаблен. У него врожденный порок сердца, требуется операция.
— Милэт, что эта душевнобольная говорит? О ком она говорит? Наш мальчик прекрасен, все его видели — он совершенно здоров. У него нет никаких синдромов. Он наш — совершенно здоровый мальчик.
Медсестра покачала головой.
— Нужно подождать две недели, чтобы пришло подтверждение диагноза. Надейтесь на лучшее, но знайте, что вы всегда имеете полное право отказаться от больного ребенка.
Милэт заплакала.
— Почему никто из врачей не понял, что он родится таким?! Почему никто не сообщил мне, что он будет таким? Мы подпишем бумаги об отказе... О горе!
— Не было никаких предположений. Ваш сын разви...
— Милэт! — Иман не понимал до конца, что происходит. Он слегка оттолкнул медсестру и подошел к жене. Ему казалось, что всё это чья-то глупая, жестокая шутка. Но разве о таком можно шутить? — Ты спятила, какой отказ? Это наш сын! — Иман схватил ее за руки. — Наш долгожданный сын! Ты не посмеешь, Милэт. Представь только, как ты объяснишь нашим девочкам и родителям, что Генри больше нет? Ты так и скажешь: я отказалась от него?
— Да, Иман, я не смогу... Мы не сможем. Ты еще не понимаешь, на какие муки мы себя обречем, если мальчик будет жить с нами. Наш сын никогда не сможет нормально разговаривать! Он не будет таким, каким ты его представлял. Мы до конца нашей жизни будем кормить его из ложечки и подтирать попу. А что будет, когда нас не станет? Кому он будет нужен? Никому, Иман. Такие никому не нужны. Нам нужно поднимать дочек, они здоровы и красивы. Иман! — Он выбежал из палаты.
— У вас есть время для того, чтобы хорошо подумать, — сказала медсестра и тоже исчезла за дверью палаты.
Когда анализы подтвердили диагноз, всё события стали развиваться слишком стремительно. Были ссоры, скандалы и суд, но Милэт, несмотря на просьбы мужа и слезы матери, подписала отказ от ребенка. После у нее проснулась совесть и даже сомнения, но было поздно, ибо Иман не стал отказываться от любимого сына: после нескольких успешно проведенных операций он забрал Генри и уехал в Испанию — страну, где особенные люди живут вполне обычной жизнью. Он твердо верил, что сумеет воспитать сына так, как и хотел.
Семья распалась, Милэт страдала. Написать отказ от ребенка — не равно выбросить мусор и забыть. Ее долго-долго мучили кошмары. Женщина начала посещать психолога, и тогда ее психика восстановилась. Родители Имана поддерживали ее, но собственная мать отвернулась. Когда Генри исполнился годик — она уехала в Испанию помогать Иману в воспитании сына.
Иман не забывал о дочерях: он постоянно присылал деньги и звонил им по видеосвязи. Милэт редко удавалось поговорить с ним, но когда при разговоре она слышала, как чей-то детский голосок зовет папу, она отворачивалась и закрывала уши. Она отворачивалась и тогда, когда Иман хвастался рисунками, которые нарисовал ЕГО солнечный мальчик. Дочери были в восторге и очень ждали встречи с родным братом.
Но Милэт не любила этого ребенка всем сердцем и на восстановление семьи больше не надеялась, поскольку солнечный разрушил ее полностью...