Уважаемые читатели, хочу привести перевод статьи аналитиков с иностранного сайта по поводу будущего России. Для мыслящего человека всегда интересно из первоисточника узнать, что думают о твоей стране враги или "зарубежные коллеги" (как кому больше нравится). Помните известную на весь мир "длинную телеграмму" Кеннана, кадрового сотрудника разведки Госдепартамента США, в 1947 году? Он более полугода готовил аналитический отчет, главным выводом которого стал вывод о возможности победы над СССР в информационной войне. Потому что военным путем победить СССР было невозможно. Возможно, статья ниже - "продолжение" такого аналитического отчета. Кто-то может даже согласиться с тем, что в ней сказано. Но как вы думаете, есть ли здесь зерно истины? Когда читаешь, становится немного страшновато, честно говоря. А ваше мнение? Жду комментариев. (Данная статья была написана в марте 2017 года, ее автор Пол Гобл, название сайта не привожу, боюсь, он может быть "не рекомендован" в РФ)
В настоящее время Россия сталкивается с тремя экзистенциальными вызовами, которые уже указывают на ее закат, упадок и даже распад в ближайшие десятилетия. Она имеет экономику, ориентированную скорее на прошлое, чем на будущее, неспособную поддерживать достойный уровень жизни своего народа или даже планы кремлевской элиты. У нее сложился комплекс отношений центр-периферия, в котором Москва все чаще рассматривает регионы и республики как нагрузку, а не как партнеров, а последние, в свою очередь, рассматривают центр как оккупирующую державу. И у России есть геополитические амбиции, которые она не в состоянии поддерживать, но которые гарантируют, что ни Россия, ни ее соседи не смогут жить в мире и процветании в ближайшие десятилетия.
Любого из этих вызовов было бы достаточно, чтобы беспокоиться о перспективах России, но их совмещение и то, как подход Москвы к каждому из них не только обусловлен, но и усугубляет ситуацию в других областях, представляет собой приближение идеального шторма - гораздо более сильного, чем тот, который развалил Советский Союз поколение назад. И поскольку эта тенденция будет иметь последствия не только для народов, проживающих в пределах Российской Федерации и ее соседей, но и для Соединенных Штатов, Запада и мира в целом, крайне важно сосредоточиться именно на том, что происходит. А именно, важно будет осознать, что должно было бы измениться в Москве, чтобы эта буря прошла с наименьшим возможным ущербом, но также неоходимо быть в состоянии сформулировать наиболее продуманную политику в отношении России, независимо от того, материализуется ли в конечном итоге эта надвигающаяся буря.
В данном эссе я хочу затронуть лишь небольшую часть этой огромной темы. Во-первых, я хочу точно определить, что представляют собой три проблемы для России в настоящее время и почему они являются экзистенциальными, а не частью обычных повседневных трудностей, с которыми сталкивается любая страна. Во-вторых, я хочу осветить причины, по которым подход Москвы к каждой из них в настоящее время ухудшает ситуацию для двух других. И в-третьих, я хочу провести различие между тремя исходами в моем названии-закатом, упадком и распадом, потому что, будучи взаимосвязанными, они не являются одним и тем же и имеют радикально различные причины и следствия.
Три экзистенциальных проблемы
Три экзистенциальных вызова будущему России существуют потому, что Москва сделала их таковыми. Она рассматривала экономику не как двигатель прогресса и повышения уровня жизни российского народа, а как источник богатства, которое элита может разграбить для себя и которое Кремль может использовать для своего военного авантюризма. Она рассматривала области и республики самой большой страны в мире как завоеванные территории, которые должны быть покорены, а не как партнеров, а последние в ответ рассматривали центр как имперского правителя, а не как естественное и признанное правительство страны, частью которой они являются. Наконец, Москва взяла на вооружение геополитические цели, несовместимые с экономическими размерами и благосостоянием российского народа, и тем самым поставила перед страной все большую нагрузку во всех секторах.
Прежде всего, российская экономика сегодня - это катастрофа. Россия не только испытывает экономический спад по сравнению с другими странами, такими как Китай и Европа, но также сокращается ее население, а очень немногие страны могут выжить таким образом в течение длительного времени. Этот вывод отражает не влияние западных санкций, как хотел бы верить Путин, а скорее его решение сохранить Россию в качестве нефтяного государства и использовать доходы от продажи российских природных ресурсов - таких как нефть, природный газ и многие другие - как средство обогащения себя и своей элиты. Эта ситуация означает, что Россия сейчас имеет самый большой дисбаланс между богатыми и бедными из всех стран на Земле; Путин и его окружение вывели за рубеж 1,3 трлн долларов, вместо того чтобы инвестировать их в модернизацию и трансформацию экономики и на благо российского народа. Действительно, среднестатистические россияне все больше и больше отстают от своих коллег за рубежом, и слишком часто они голосуют ногами, уезжая на Запад.
Но Путин не только привел страну к обнищанию. Он предпринял действия, которые гарантируют, что Россия не восстановится в течение десятилетий. Кремлевский лидер сократил количество денежных средств, идущих на исследования и разработки, а также на образование в целом, он вносит свой вклад в демографический спад России, закрывая больницы и затрудняя доступ к необходимой медицинской помощи, и спонсирует клерикализацию российского образования, чтобы молодые россияне могли тратить больше времени на чтение отцов православной церкви, чем на науку и математику. Таким образом, экономические проблемы, с которыми сталкивается Россия, не исчезнут в ближайшее время, независимо от того, будут ли сняты санкции или нет; они носят долгосрочный характер, и россияне начинают осознавать эту реальность.
И нигде эта реальность не является более очевидной, чем в российской инфраструктуре. В России проложено меньше километров дорог с твердым покрытием, чем в американском штате Вирджиния. Он ликвидировал сотни воздушных маршрутов и даже аэропортов, оставив многие части страны отключенными от других. А остальная инфраструктура в стране - будь то авиация, железные дороги, шоссе или здания - находится в таком печальном состоянии, что разваливается на части. У Москвы нет ни денег, ни явного интереса что-либо делать с этим, предполагая, что если люди хотят перемен, они должны взять ответственность за это на себя.
Во-вторых, при Путине остановилось движение России к федерализму. Хотя Россию по-прежнему называют “Российской Федерацией”, в настоящее время она более централизована, чем Советский Союз в конце прошлого века. Москва забирает все деньги от налогов и доходов из регионов, а затем возвращает то, что ей нужно, часто всего лишь два процента от общей суммы, как в случае с Татарстаном. В то же время она перекладывает все более необеспеченные обязательства на регионы и республики в виде требований, чтобы они каким-то образом придумали источники денежных средств, чтобы заплатить за то, за что Москва не заплатит. Но ситуация еще более плачевная: Москва кровно заинтересована в том, чтобы способствовать обнищанию большинства субъектов федерации в расчете на то, что они станут так называемыми субъектами-донорами, поскольку тогда без власти Москвы они не получат ничего из того, что им требуется. Это уже возмутило несколько республик-доноров, где лидеры признают, что Москва ведет себя как оккупант, а не как центральное правительство.
Следовательно, и центр, и периферия рассматривают Россию не столько как страну, сколько как империю. Это слово используется все чаще. Как доказал Рональд Рейган на примере СССР, как только страна идентифицируется как империя, люди начинают говорить о необходимости деколонизации, спрашивая не о том, должно ли это произойти, а когда это произойдет.
И в-третьих, Путин занял геополитическую позицию, которую Россия не может себе позволить долго поддерживать, как бы много "ура-патриотизма" это ни порождало в краткосрочной перспективе и как бы его хвастливость и агрессивность ни принимались за силу. За исключением своего ядерного арсенала - и это большое исключение - Россия сегодня является региональной державой. Путин, конечно, хотел завоевать Грузию, но потерпел неудачу; и он хотел заполучить гораздо большую территорию Украины, но потерпел неудачу и там. Агрессивность порождает не подчинение, а новое сопротивление. Украинские военные сегодня находятся в гораздо лучшем положении, чтобы победить новый виток российской агрессии, чем это было в 2014 году.
Некоторые могут рассматривать вмешательство Путина в Сирию как исключение из этого вывода и указание на то, что Москва действительно обладает способностью проецировать власть. Но более пристальное изучение даже этой кампании говорит об обратном: с одной стороны, Москве пришлось скрести дно бочки, чтобы найти достаточно войск для высадки - она использовала чеченцев, хотя русские командиры предпочли бы этого не делать - и продемонстрировала свою собственную слабость в этом районе с помощью посланных ею кораблей. Ее авианосец действительно вошел в Средиземное море, но только в сопровождении буксира, готового оттащить его обратно в порт. У Путина нет положительного послания и нет достаточной военной силы.
Продолжение следует...