Кризис – это всегда стресс. В данном случае экономический кризис дополняется страхами, связанными с эпидемиологической обстановкой (страхами за свое здоровье), страхами, связанными с политическими причинами и последствиями. Так же в этот раз стресс подпитывается физиологической перестройкой – организм современного человека не привык находиться долго без воздуха и движения, привычного распорядка дня и питания (даже если это всё еще комфортный режим в целом). Самоизоляция/карантин, необходимость работать из дома, тесно контактировать без перерыва с членами семьи или наоборот оказаться без социума хотя бы физически также усиливают стресс. Более того, ко всему этому добавляется «цифровой» стресс. Непривычный формат взаимодействия, большое количество околотехнической информации, с которой надо разобраться, увеличение объема информации как таковой и бесконечное взаимодействие с гаджетами. В итоге в этот раз поверх экономического кризиса (и всегда связанного с ним политического) идут: кризис в области здоровья, физиологии/социализации и цифровизации.
Все проходят по стадиям горевания/проживания стресса с разной скоростью. Это зависит от психологических особенностей и уровня осознанности. Наиболее эффективной стратегией является пройти через стадии отрицания и гнева быстрее и быстрее выйти на стадию принятия и осознания. Именно с этой платформы легче стартовать в действия.
Угроза и страх смерти (как психологическое явление, которое мы все испытываем в меньшей или большей степени постоянно, а в периоды кризиса особенно) заставляет обратиться к самым инстинктивным своим стратегиям «бей, беги или замри». Соответственно, возникают разные схемы реакции на меняющиеся обстоятельства окружающей среды. Агрессия может проявляться как аутоагрессия (злость на самого себя), проекция агрессии на других и мир или активные действия по преодолению. Выбор объекта применения агрессии зависит от структуры личности и степени осознанности. То же самое со стратегией «замри»: человек зависает в ступоре, даже если и осознает ситуацию без отрицания. «Беги» проявляет себя как избегание решения проблемы, уход в себя или в отвлекающие от вопросов мероприятия (тот же телевизор, лень или алкоголь, депрессия).
В кризис всегда остро встают вопросы обострения любых психических процессов. Стресс включает наши детские и подростковые травмы, выбрасывая нас в детские, а не взрослые состояния. Происходит ретравматизация (возвращение) прошлых травм на фоне текущей, которую взрослая психика пережила бы легче. Чем больше таких травм, тем сложнее справляться. В итоге получается, что нынешний стресс плюсуется к прошлому. Это двойная или тройная нагрузка. Всё это на фоне повышения невротизации (усиления невротических проявлений), а также усиления любых психических отклонений (будь то углубление акцентуаций личности, которые не считаются патологией и могут быть у психически здоровых людей, расстройства личности или уже психотические состояния, которые люди обычно и воспринимают как психические болезни). Обсессивно-компульсивные состояния (навязчивые мысли, повторяющиеся малоконтролируемые действия), фобии и пост-травматический синдром также могут обостряться.
Что со всем этим делать? Работать со страхами, с травмами, их вызывающими (если смотреть глубже), выйти из детских состояний, в которые мы все выпадаем в таких случаях, чтобы настроиться на спокойное активное действие из взрослого состояния. Искать поддержку профессионалов, близких и друзей. Но главное – найти опору внутри самого себя, опереться на внутреннего рационального взрослого (сознание) и на внутреннего родителя (поддержка). Договориться с этим «родителем», чтобы он не был судьей и гонителем, а был тем самым старшим любящим наставником. У каждого из нас всегда есть он сам (подробнее здесь и здесь). И это не эгоизм, это контакт с собой.