…Во времена, когда дразнилка «ги-бэ-дэ-дэ» была существенно короче, зимняя форма одежды постовых инспекторов состояла из добротного мехового тулупа и валенок с калошами. Поэтому, когда наступала зима, не склонные к худобе гаишники единомоментно превращались в «винни-пухов», «карлсонов» и «неваляшек», и разом выходили на дороги умилять взгляды автолюбителей.
В те времена – многие помнят – и сахар был слаще, и вода – мокрее, и гаишник – добрее.
Случилось мне как-то тогда возвращаться с зимней охоты в Москву на большой чёрной «Волге». Вечерело, ленинградка была полупуста, снежинки облетали лобовое стекло и закручивались лёгким вихорьком там, сзади, за багажником… Идиллия расслабляла, но от погружения в сон спасла стоявшая на обочине легковушка с поднятым капотом, и голосовавшими рядом мужчинами. Оказалось – коллеги-охотники. В их «аудюхе» кончилось электричество: сперва отказал генератор, а чуть позже, разумеется, и аккумулятор. Перспектива у коллег была одна: замерзнуть в тверском лесу в необогреваемой обездвиженной машине. Единственное, как можно было их спасти, – «взять на шнурок». Или – вдруг кто не слышал – отбуксировать.
Так мы и поступили, и поздним вечером благополучно добрались до Москвы.
Здесь собственно действие только начинается…
В городе уже изрядно поднамело, и округлые постовые милиционеры походили на снеговиков. На одном из светофоров два таких заснеженных «колобка» вели дружескую беседу. По всей видимости, один передавал смену другому. После заключительной шутки они рассмеялись, обнялись, насколько позволяли животы в тулупах, и стали расходиться по разные стороны дороги: один – «к нам», другой – «от нас». «Нашему» не повезло…
…Позади «Волги» взвился снежный столб, и над багажником взмыли сперва жезл, а затем оба гаишных валенка. Завершилось всё металлическим – «бб-бам!» – приземлилась галоша с одного из них. Грузный, замечтавшийся гаишник не заметил буксирный трос…
Подавляя слезу, я судорожно вспоминал, оборудован ли наш трос сигнальными флажками. В зеркале заднего вида сползали с сидений пассажиры прицепленной на «шнурке» «Ауди».
Было видно, что при падении в тулупе наш «колобок» не пострадал, и теперь, отряхиваясь и матерясь, мучился только внезапным, но эффектным конфузом.
Включился зелёный свет. Гаишник забрал с багажника галошу, погрозил нам жезлом, и… улыбнулся.
Мы потихоньку поехали дальше.
