Александр СЕДОВ (с) текст
…Сам по себе Пороховщиков уже запоминался, не как актёр, а как человек. Он был «вырублен» из гранита. Крупная голова с чертами лица, напоминающими каменных великанов с острова Пасхи. Большие руки боксёра, массивный торс. Одним присутствием в кадре он вселял уважение. Но присутствие всегда было непростым. Из всех ролей, которые ему довелось сыграть в кино, главных и эпизодических, даже спрямлённых сценаристами до некоей аллегории мужества, он «телеграфировал» зрителю собственное персональное послание: да он сильный человек, но в жизни всегда случаются моменты, когда всё ставится на кон. А когда такой человек на краю – может произойти самое непредвиденное, опасное, ужасное. Возможно, чувство вечно подстерегающей опасности явилось Пороховщикову в период профессиональных занятий боксом, но, по-моему, это качество было присуще ему изначально. Это читалось с экрана. Придя в актёрскую профессию, он настроился на это чувство как на камертон, как на свою, отличную от других актёрскую ноту.
Тихий голос, как просеиваемый ветром песок, только оттенял весомость этого человека и, можно сказать, придавал сходство с Марлоном Брандо. Но в отличие от голливудской звезды Пороховщиков будто сознательно сторонился «звёздности», уклоняясь от главных ролей, как от прямых ударов судьбы.
Главные роли всё же были. Самые яркие, на мой взгляд, это «отрицательные». Белый офицер в «вестерне» на тему гражданской войны «Ищи ветра…», расстреливающий из пулемёта табун лошадей. И глава наркомафии в последних фильмах сериала «Следствие ведут знатоки». Своих антигероев Пороховщиков играл резче, с заложенной в образ внутренней трагедией, о которой зритель догадывался сразу с появлением актёра в кадре – по мраморному холоду, исходившему от его персонажа, по обречённости, которая читалась в каждом скупом жесте, в каждом редком слове, во взгляде.
« - Ваш герой вовсе не выглядел злодеем, погрязшим в пороках… - недоумевали журналисты.
- Сильные люди, обладающие большим темпераментом в жизни сдержанны и спокойны, - отвечал Пороховщиков. – Мой герой живёт невероятно напряжённой внутренней жизнью.
И добавлял:
- Мне, сам не знаю почему, часто предлагают роли злодеев – бандитов-белогвардейцев. Но играть абстрактное зло неинтересно. Я всегда пытаюсь представить себе всю жизнь моего героя и понять, почему он стал таким. Люди ведь злыми не рождаются» (Легко ли быть злодеем? – в газете «Советская культура», 16 декабря 1989 г.).
В отличие от другого мощного фактурного актёра Михаила Ульянова, игравшего в театре и Наполеона и римского военачальника Марка Антония, а в кино маршала Жукова, и ещё армию социальных героев или псевдогероев, в какой-то момент срывающихся на крик, на скоморошничество, на яркий сарказм, тем самым как бы сродняясь с разбушевавшейся стихией, с народной эмоцией, со вселенской душой, - Пороховщиков всегда оставался отдельным от пейзажа, одиночкой. Ему пришлась бы в пору роль Понтия Пилата в экранизации «Мастера и Маргарита»: он органично смотрелся бы и как римский наместник, и как ветеран имперских походов, и как карающий судия. И в то же время его обременённый внутренней тяжестью взгляд, повторявшийся из роли в роль, очень многое сказал бы нам, поверх слов, о «лунном пути», по которому предстало идти Пилату.
Те эпизоды или роли второго плана, которые чаще всего доставались Пороховщикову, всегда игрались экономно по форме, но весомо по содержанию. И, несмотря на бедность, а порой и простоватость реплик, сыгранные характеры рельефно обрисовывались с первого жеста, с первой интонации. Особенно мне запомнились его появления в приключенческих лентах, в них актёр, по-моему, был наиболее свободен.
В жюль-верновской экранизации «Капитана Немо» Пороховщиков играет капитана Фаррагута, который отправляется на поиски неведомого морского чудовища. Эта небольшая роль почти целиком состоит из служебных команд и по-военному коротких ответов капитана на вопросы гражданских лиц, да ещё наполовину озвучена другим актёром (проклятие некоторых киноролей Пороховщикова), но характер получился необычайно убедительным…
другие мои статьи и переводы: За Михаила Державина не обидно / мои публикации из цикла "Их взгляд на нашего Холмса": 1 часть, 2 часть, 3 часть, 4 часть, 5 часть, 6 часть, 7 часть, 8 часть, 9 часть , 10 часть / 40 лет фильму "Шерлок Холмс и доктор Ватсон" (интервью со мной) / Наш "Холмс" как икона / Выдуманная Англия - наше английское кино / Принц Флоризель против Шерлока Холмса / А точно ли он - Шерлок Холмс? - часть 1 (о Холмсе из фильма Гая Ричи), часть 2 (о Шерлоке в исп. Бенедикта Камбербетча) / Деликатный детектив на фоне революции / О Штирлице бедном замолвите слово / Олег Янковский в предлагаемых обстоятельствах / Жеглов - моя фамилия / Тихонов против Тихонова / О милицейских кинодетективах / Если бы "Спрут" снимали в СССР - 1 часть , 2 часть / Андрей Харитонов: актёр-невидимка / Эдуард Успенский: человек и индустрия / и т.д.