безмятежном сквозь свода порог себя растворяя, ему уподобляясь, кричавши Ура!
Это всё метафоры. Дабы мозг, визуализируя понимал, что конкретика когда речь касается творчества, призванного изменить взгляд на жизнь – ни к чему.
Поэт вкладывает в своё творение – текущее переживание. И правда-истина всегда за Творцом.
Ибо лишь одному ему известно о том «благодатном» послевкусии особого следствия, не предающегося слову. Ибо лишь ему одному ведомо то переживание, чьё побуждающим образом призывает вновь и вновь высвобождать внутреннее неутомимое явление, именуемое вдохновением. Ибо лишь ему, сквозь слог дано выражать то, что не каждому оратору «от Бога».
Ибо поэт – искусство. Ибо поэт – есть Бог.
Все остальные, сопричастные – его дети. Ибо творят, что велит их суть, отличием от повелевающего сутью поэта.
Мир Вам судья, господа и дамы.
И ежели юное поколение когда-то воспрянувши, превозмогая над слабостью, страхом и ленью решит, восседая занять почтенное место рядом с ныне непостижимым, но постигаемым исключительно сквозь поэтический слог, – я буду несметно рад. Из всех наград, что мог получить – улыбка в лице, Вашем дворце, чьи двери открыты в мир Атлантиды…
Ибо поэт – Бог, и он – на века.
Ибо он Вечность, ибо вещал в нём глас первичного. И единственно-возможное, ограничивающее его безгранично-созидательное, – нынешняя некомпетентность ума к передаче осязаемого в слово-слог. Ибо поэт – прежде не человек, а чувство. И ему, как и любому музыканту нужно осознавать, что значит каждая мелодия струны его созидательной души.
Ибо душа его более распростёрта к опознаванию истинности, нежели чем иная другая, склонная к искусству.