Данная статья является продолжением цикла статей о внутренней политике Петра I. Предыдущую статью об экономических реформах первого российского императора можно найти и прочитать здесь. В период правления Петра I в России проживало 15 млн. человек, 92% из которых составляли крестьяне разных категорий. Помимо крестьян, население России состояло из городских жителей, духовенства и дворян.
Дворяне
При Петре I система пожалования земель служилым людям по отечеству уже изжила себя, поэтому дворяне были переведены на денежное жалование. Теперь земля давалась не за службу, а только за особые заслуги. Эти меры не уменьшили рост дворянского землевладения: огромные территории были дарованы как сподвижникам царя (А. Д. Меншиков стал владельцем 100 тыс. душ крепостных; фельдмаршал Б. П. Шереметев получил от царя Юхотскую волость в Ростовском уезде и др.), так и другим дворянам.
Указом о единонаследии 1714 года Петр I окончательно стер границы между поместьем (которое ранее являлось пожизненным владением, обусловленным несением службы) и вотчиной (безусловным владением). Теперь все земли были объявлены недвижимой собственностью. Однако закон налагал на владельцев земель некоторые ограничения:
- Запрет на продажу и отдачу под залог поместий и вотчин;
- Запрет на передел земли между наследниками, недвижимая собственность могла быть передана только одному из наследников (при этом разрешалось делить между остальными сыновьями, дочерьми и вдовами движимое имущество).
Официальной целью данного закона считалось недопущение дробления земель, однако Петр I преследовал еще одну цель: сыновья землевладельцев, оставшиеся без наследства, вынуждены были пополнять ряды государственных служащих, торговцев и ученых.
Крестьяне
При Петре сформировалось сословие государственных крестьян из остатков не закрепощенного крестьянского населения. В его правление таких крестьян насчитывалось около 1 млн. Они платили подушную подать, но были лично свободными, могли арендовать и покупать земли. В сумме они платили примерно столько же сколько и помещичьи крестьяне.
Из государственных крестьян формировались приписные – та часть государственных крестьян, которая была приписана к мануфактуре и работала на государственных мануфактурах вместо уплаты подушной подати.
В 1721 г. был издан указ, разрешавший мануфактурам покупать себе крестьян. Крестьяне, купленные для работы на частной мануфактуре, становились посессионными – они принадлежали мануфактуре и могли быть проданы только вместе с нею.
Наряду с новыми категориями крестьян продолжал существовать институт холопства, однако он постепенно изживал себя.
В 1724 г. крепостным крестьянам было запрещено уходить на промыслы без письменного разрешения помещика, то есть было ограничено отходничество. Историки считают, что данный шаг стал первым на пути к паспортной системе для крестьян.
Городские жители
Посад (горожане) составляли лишь около 3-4% населения страны.
Купцы и ремесленники города были разделены по европейскому образцу на цеха и гильдии в 1722 году. Если в Западной Европе цеха формировались по инициативе самих ремесленников, предшествовали мануфактурам и вступали в конфликт с развивающейся экономикой и новыми типами производства, то в России цеха были сформированы уже после создания мануфактур, в эпоху экономического расцвета, и обладали меньшим количеством ограничений, чем европейские организации (в России не ограничивалась длительность рабочего дня, количество подмастерий и единиц производимого продукта могло быть любым).
Цель учреждения цехов состояла в использовании труда мелких городских ремесленников для удовлетворения нужд армии и флота.
В следующей статье рассмотрим политико-правовые преобразования Петра Великого.
Если вам интересна философия, её история и связь с современной наукой, применение философии на практике в жизни, если вы хотите по-настоящему глубоко начать разбираться в философии и по-другому посмотреть на мир и своё место в нем, тогда приглашаю вас посетить мой телеграм-канал, в котором, я уверен, каждый найдет что-то интересное, полезное и важное для себя.
А здесь я выкладываю абсолютно эксклюзивный научно-философский контент, которого нет больше нигде в Интернете.