Эпизод 12. 1678-й год с даты основания Рима, 5-й год правления базилевса Романа Лакапина
(май 924 – март 925 года от Рождества Христова)
7 апреля 924 года Италия не просто потеряла своего очередного, и да, быть может, не самого блестящего, правителя. В этот день ушел человек, ставший в мировой Истории последним императором, родившимся на Апеннинах. На протяжении следующего тысячелетия, в каких бы исторических водоворотах не оказывалась Италия, какие бы империи не зарились на ее плодородные земли и жизнелюбивый народ, каких бы талантливых властителей не взращивала сама эта земля, никогда, более никогда итальянец не получал священного миропомазания в Риме и, скорее всего, уже никогда не получит и впредь. Никто в тот солнечный день, ни страшный в своей ярости граф Мило, ни свершившие свое черное дело епископы, не находящийся в своем Латеранском дворце папа Иоанн, даже и не подозревали, что их усилиями сегодня подведена черта под целой эпохой.
Словно в доказательство того, что происходит смена времен, смерть Беренгария не стала последней в течение следующих месяцев. Старый император не пожелал уходить один и забрал с собой еще трех представителей своего времени, причем смерть перед этим как будто бы согласовывала с ним этот выбор, прежде чем явиться к обреченному со своей косой. Очень быстро, усилиями словоохотливых и любящих попугать друг друга монахов, стала распространяться легенда, что душа императора, представ пред светлыми очами Вседержителя, возопила к тому с просьбой отмщения, и Господь разрешил Беренгарию трижды воспользоваться предоставленным правом. В октябре 924 года отошел в мир иной нестарый еще Адальберт Иврейский, при жизни досаждавший Беренгарию вечными изменами и интригами. Злые языки, помимо суеверий, немедленно связали это с кознями его жены Ирменгарды, но у нас нет ровным счетом никаких доказательств ее причастности к этому событию. Став полноправной хозяйкой графского дворца в Иврее, Ирменгарда тут же явила своему двору весь свой непростой нрав. Она решительно прибрала к своим рукам все управление маркой, да так, что молодому внуку Беренгария, носящему имя деда, пришлось скоренько убираться подобру-поздорову подальше от своей очаровательной и грозной мачехи, в Верону, где граф Мило принял его как родного.
Вторым, в конце 924 года скончался консул и сенатор Рима Теофилакт, не раз путавший все карты Беренгарию. Семья сенатора и даже сам папа горячо оплакивали эту потерю, и на похоронах Теофилакта папа Иоанн самолично вел службу по усопшему. Иоанн Десятый, видимо в силу своей дальновидности или чрезвычайно развитой интуиции, чувствовал, что Теофилакт и его жена Теодора с определенного момента стали для него своеобразным защитным буфером, предотвращающим его открытый конфликт со все более усиливающей в Риме свои позиции Мароцией. И вот теперь этот буфер потерял половину своей силы и возможностей, а может даже и больше, учитывая неоднородные отношения Мароции со своими родителями.
Но главный свой удар скончавшийся император нанес 8 марта 825 года. В этот день, в своем замке в Лукке, во время обеда, аккурат перед подачей десерта, от мгновенного удара умерла Берта Тосканская. Однако свято место пусто не бывает и смерть главной смутьянки последних лет не привело к желанному затишью по обеим сторонам Альп. За дело рьяно взялись наследники ушедших, молодые, голодные и дерзкие. Во всех итальянских и бургундских сеньориях очень скоро вновь отчетливо зазвучало оружейное бряцание, кузнечные мехи принялись раздуваться без устали, все понимали, что новые войны не заставят себя долго ждать.