...Она сидела в большом дворе огромного высокого дома. В то мгновение ей было 35 лет по-земному летоисчислению, но чувствовала она себя лет на 10 (такой же маленькой в этом большом мире). Домой идти не хотелось, а больше идти было некуда. Вся жизнь в то мгновение Вечности казалось одним сплошным тупиком. Она сидела и издавала тихий крик. этом мире Бог часто действует через людей.
Вы знаете, что такое немой крик?
Это когда хочется кричать, а нельзя – запрещено родителями: «Потому что это неприлично». Но не кричать не получается, потому что некрик сковывает горло железным замком.
Она открывала рот и, как тогда, в детстве, молча кричала что есть силы.
О чем был этот крик? О том, что и сделать ничего не получается, и бежать больше некуда. Требовать было бессмысленно, а действовать нецелесообразно (потому что совсем непонятно, что делать, все, что перепробовала, не сработало). Неопределенность окутывала её своим ледяным одеялом.
В неопределенности много напряжения. В 10 лет неопределенность в одиночку выдерживать невозможно. Тогда она осталась один на один с ужасом и выдержала его по-взрослому. Но именно поэтому в 35 лет, прожив всю жизнь в напряжении, любое сверхнапряжение давалось ей с трудом и сковывало холодом. И единственный, с кем она могла говорить об этом, – это Бог. Этот немой крик она посылала в небо. Она кричала ему о том, что, правда, очень сложно переживать ужас и не сойти с ума.
«Но как же, почему все вот так. Зачем все это тогда? Как же быть?», – крик переходил в жалобы и в плач.
Так работает психологическая травма. Если мы не помним её (читай – отщепляем, перепоручаем её нашему подсознанию), это не значит, что её нет. Психотерапевт Вивиан Броутон пишет, что она (травма) как пресловутый неприметный слон, всегда при нас и постоянно влияет на нашу жизнь.
«Как правило, мы не можем говорить о пережитом по той простой причине, что оно скрыто в подсознании, и, следуя нашему естественному инстинкту, отворачиваемся и занимаем себя иными делами. Со временем подобное поведение входит в привычку, и мы все больше стремимся обойти слона стороной, не смотреть в его сторону, держаться от окружающих людей на расстоянии, чтобы они случайно не привели нас к контакту со слоном. Так неразрешенная (читай – неразделенная) травма встаёт у штурвала, и мы теряем власть над своей жизнью», – пишет Вивиан Броутон.
…Она тихо плакала в ладошки и шептала: «Дорогой Бог! Что-то мне плохо. Я надеюсь на тебя, у меня ничего не получается». А Бог, мудрый и вероятно седой, сидел рядом, гладил её по голове и приговаривал: «Ничего, деточка, моя хорошая, все будет хорошо! Теперь ты не одна. Я тебя слышу и плачу вместе с тобой». Он гладил её рукой её психолога... Потому что в этом мире Бог часто действует через людей...
Вивиан Броутон пишет, что вернуть себе власть над жизнью, рычаги управлению ею можно через глубокое понимание, осознанность и грамотную психологическую работу, направленную на интеграцию внутренних расколов. "И ещё через отношения с Другим, в которых есть место уважению, бережности, аккуратности, честности", – добавляю я.