Накануне даты нападения немецких войск на СССР 22 июня решил посильно отметиться в деле борьбы с мифами о начале Великой Отечественной войны.
Было ли это нападение неожиданным для советского руководства?
О неизбежности крупномасштабной войны советское руководство знало еще в начале 20-х сразу после окончания гражданской войны. Ну это азы марксизма, что империализм-капитализм в борьбе за свою сохранность обязательно должен воевать с теми, кто этой сохранности угрожает. СССР своим фактом существования и успехом социалистического строительства - это страшнейшая угроза устоям буржуазной цивилизации.
А в начале тридцатых за десять лет до войны Сталин открытым текстом призвал советский народ ускориться в экономическом строительстве, чтобы за десять лет догнать передовые капстраны, подчеркивая, что это вопрос как бы выживания советского народа. Разве он был неправ? То есть руководство страны правильно прогнозировало начало второй мировой войны. Это уже азы экономики - расчет темпов экономической подготовки к войне главных вероятных противников Германии, Англии и Франции.
На дипломатическом фронте сталинское руководство блестяще провело операцию по расколу империалистического лагеря, заключив в августе 1939 года договор о ненападении с Германией (т.н. пакт Молотова-Риббентропа).
Мы получили возможность спокойно отодвинуть западные границы до дореволюционных рубежей за счет части Финляндии, Прибалтики и польских территорий западной Белоруссии и западной Украины. У японцев в связи с этим произошла отставка правительства "сухопутных" сторонников нападения на СССР, и к власти пришли "моряки" с доктриной антиамериканской войны. И плюс к указанным бонусам немцы по этому договору в обмен на наше зерно завезли нам качественные металлообрабатывающие станки, на которых мы потом производили средства обороны от них же. И нападения, конечно, с зимы 1941 года.
Но было понятно, что воевать придется именно с немцами, поскольку гитлеровское руководство демонстрировало намерения о перспективах геноцида народов СССР.
Немцы весной 1941 года умело затеяли дезинформационные игры, вбрасывая в уши советской разведки то одни, то другие даты нападения на СССР. Намекали на английский фактор: сначала нападем якобы на Англию, только затем на СССР. Это чтобы Сталин перестал доверять информаторам.
Кровавый теран Сталин в перерывах между осуществляемыми им расстрелами и репрессиями невинных жертв или даже одновременно с этими занятиями с трубкой в зубах задумчиво наблюдал за этими немецкими играми, понимая, что это игры. Он и сам был игрок тот еще.
И, как это ни странно, делал все возможное и невозможное вместе с советским народом, чтобы минимизировать ущерб от предстоящей войны. И прилагал усилия, чтобы дотянуть мирное время хотя бы до середины 1942 года: к этому времени планировалось довести состояние экономики и вооруженных сил до состояния равенства сил с третьим рейхом. Отсюда его стратегия осторожности и непровоцирования противника.
По договору о ненападении нельзя было перемещать крупные группировки войск к западной границе без согласований и объяснений с немецкой стороной. Только в пределах как бы обоснованных норм боевого дежурства в укрепленных приграничных районах.
Но по ночам, пока немцы спали, мы все-таки перемещали кое-какие войска поближе к западу. Занимались формированием механизированных корпусов (две танковые плюс моторизованная стрелковая дивизии и подразделения обеспечения). Наращивалось производство вооружений. Разрабатывались новые виды военной техники и вооружений: реактивная артиллерия ("катюши"), штурмовики Ил-2, истребители Яковлева, бомбардировщики Туполева и Петлякова, танки Т-34 и КВ-1, пушки Грабина, стрелковое оружие Шпагина и Дегтярева, минометы Дьяконова и прочее.
К июню 1941 года страна подошла с показателями, сопоставимыми с основными показателями суммарного военно-экономического потенциала стран третьего рейха, куда входили Германия, Австрия, Франция, Италия, Чехословакия, Румыния, Польша, Бельгия, Норвегия и Финляндия. И если проанализировать характеристики танков и артиллерии, основных видов военного потенциала второй мировой войны, то здесь мы наблюдаем почти симметрию к началу войны. А по стрелковому оружию даже превосходство как по качеству, так и комплектованию личного состава. По самолетам-истребителям, конечно, уступали. Но уже к середине 1943 года подтянули к показателям немецкого супераппарата Ме-109 наши Як-3 и Ла-5, по крайней мере, по скорости и вооружению.
Все это свидетельствует о напряженной и плодотворной работе советских людей под руководством Сталина и К в предвоенные два десятилетия в деле подготовки к 22 июня 1941 года. Никакого грома средь ясного неба для сталинского руководства в это раннее утро 22 июня не было. Да, было в связи с этим ухудшение настроения, но не более. Это были много повидавшие на своем веку мужчины. Советскому народу повезло с руководителями.
Были, конечно, нехватки и ошибки. Ну так что вы хотите? Нам , обладающим послезнанием, рассуждать легко. Не хватало порохов и взрывчаток. Тут нам не доставало умного прогноза на производство синтетического пороха, делали из древесины. Нужно было заранее наладить каких-нибудь ботанов в очках придумать технологии синтеза порохов и гексогена. К середине тридцатых у нас гениальных очкариков был даже избыток. Немцы делали синтетический порох, который не только превосходит по качеству, но и технологии его производства отличаются коротким циклом по сравнению с древесным. Немцы имели существенное преимущество в снарядах до конца войны. Своими артподготовками они изрядно портили боевую жизнь нашей армии. Мы не могли отвечать им симметрично.
Не хватило нам также мозгов для подготовки транспорта для крупной артиллерии, то есть проходимых скоростных тягачей. Что бы мы там не смотрели в фильмах про войну с самолетами и танками, а богом второй мировой оставалась артиллерия. Артиллерийская подготовка перед танковым прорывом - это рутина. Куда смотрели военные "гении" Тухачевский и К, непонятно. К началу войны мы пришли с тягачами тракторами С-60, которые тащились со скоростью 6 км в час против 20-50 км в час немецких тягачей.
Поэтому наше преимущество в танках (25 тысяч наших против 3,5 тысяч у немцев) нивелировалось отсутствием артподготовки и должной поддержки мотопехотой наших танковых маневров.
15 июня разведкой погранвойск, которые были в подчинении палача и любителя девушек Лаврентия Берии, были получены очевидные данные о выдвижении крупных группировок немецких войск к границам СССР.
Это уже не игрушки с информацией от штатских информаторов-нелегалов. Сталин поручил главкому ВВС П.Ф. Жигареву и наркому ВД Л.П.Берии провести воздушную разведку вдоль границы. Сведения разведки были подтверждены.
18 июня в приграничные военные округа (Ленинградский, Прибалтийский, Западный, Киевский и Одесский) были направлены тексты директивы № 1 о приведении войск первого стратегического эшелона в боевую готовность. К сожалению, далеко не все командиры РККА оказались на высоте, выполнение директивы было некоторыми из них проигнорировано. В частности, одним из таких оказался командующий Западным округом генерал армии Павлов. Именно по этому округу вермахт и нанес свой главный сокрушительный удар.
О наличии такой директивы можно судить по документам тех подразделений, куда эти директивы поступали. А сам первичный документ куда-то подевали в эпоху внедрения кукурузного социализма.
28 июня после взятия немцами Минска Иосиф Виссарионович Сталин не на шутку рассердился на наркома обороны Тимошенко и начальника генштаба Жукова. Покрыл их русским матом. Понял, что эти мужики немного не соответствуют уровню главнокомандования. Фронтом ради бога пусть командуют. Или там выполнять поручения - съездить на передний край и облаять тех командиров, которые не совсем выполняют свой воинский долг.
Тут дело не столько в Минске, сколько в том, что эти военспецы грубо ошиблись в прогнозе направления главного удара немцев, мол они должны напасть бОлльшими силами на Киевский и Прибалтийский округ, но не по Белоруссии. И белорусское направление было не укреплено соответствующим образом.
В последующих событиях Великой Отечественной Георгий Константинович Жуков и Семен Константинович Тимошенко проявили свои полководческие таланты на уровне командующих фронтов.
И Сталин подумал: так, если, как будут утверждать аналитики эпохи перестройки, покаяния и вставания с колен, я расстрелял 100,500 миллионов советских людей, что же я не смогу убить 9 миллионов фашистов?
И взял руководство в свои руки по всем вопросам ведения войны, в том числе Наркомат Обороны и Ставку Верховного Главнокомандования, не говоря уж о ГКО.
ГКО, то есть Государственный Комитет Обороны, был образован 30 июня. В его состав вошли Сталин (председатель), Молотов (заместитель председателя), Берия, Маленков и Ворошилов. Этот орган стал главным координатором военной и экономической работы в стране во время Великой Отечественной войны.
Немецкие ударные группировки лета 1941 года поразили, конечно, своей тактикой и мощью. Это было что-то невиданное доселе в военной истории. Мобильные механизированные подразделения танков, мотопехоты и артиллерии с маневрами авиации - вот такой комплекс военной мощи плотно бьет по узким местам советского фронта. Сначала артиллерия заливает площадя размещения советских войск, проводятся авианалеты и по обескровленному фронту идут танки с пехотой. У наших есть танки, но нет артиллерии, поскольку она отстала от колонны (помните про тягачи С-60), поэтому большая чать этих танков уничтожается артиллерией немцев в бесконтактном сражении. И нет поддержки пехоты, которая тоже не поспевает за танковой колонной. А у немцев все на месте - танки идут в сопровождении пехоты.
Немцы воевали как по нотам. Казалось бы нас ждет блицкриг. Но на это у нас нашлись ответы.
И самый весомый ответ - это новый тип защитника Родины советский человек. Оборона Брестской крепости. Лиепаи. Подвиг 16-ой армии командарма Михаила Федоровича Лукина в битве под Смоленском.
Подольские курсанты. Ополченцы под Ленинградом и Москвой. Подвиги Зои Космодемьянской и Веры Волошиной. Огненный таран экипажа самолета Ил-4 Николая Гастелло. Бойцы РККА под руководством молодых и рьяных командиров снимали стружку с великой армии вермахта, готовя то самое контрнаступление под Москвой, которое состоялось в декабре 1941 года.
Изобретение и внедрение в производстве танков автоматической сварки гениальным Евгением Оскаровичем Патоном позволило осуществлять операции сварки танковых корпусов неквалифицированным рабочим.
Одним из главных феноменов 1941 года, да пожалуй, и всей мировой военной истории была эвакуация предприятий на восток. Она, конечно, произошла вопреки воле Сталина. Просто народные массы решили и сделали перемещение оборудования и кадров 2593 предприятий. Ну Сталин приказал там немного организовать Совет по эвакуации 25 июня 1941 года (руководители Н.М. Шверник и А.Н. Косыгин). Ну и все это осуществлялось в феноменальном темпе и оперативностью. Как-то очень все было четко организовано с железнодорожным транспортом. Явно работал метод сетевого планирования. А на местах дислокации многих перемещенных предприятий техногенного типа уже готовы были электроснабжение и бетонные фундаменты, а иногда и помещения для производственных цехов. Народ еще с 1927 года позаботился о строительстве таких вот полузаводов.
Хрущёв на двадцатом съезде трещал насчет недостойного поведения товарища Сталина в первые дни войны. Что он мол уехал на дачу от сильных волнений в нервной системе и не показывался на глаза целую неделю. Прежде чем так говорить, надо было позаботиться об уничтожении документов, которые утверждают обратное. Да, часть документов ему удалось уничтожить. Ту же директиву №1 от 18 июня. Но вот такую вещь позабыли - журнал посещений кабинета Сталина. В нем как раз все наоборот - записи свидетельствуют, что Иосиф Виссарионыч сутки напролет принимал в рабочем кабинете военспецов и руководителей наркоматов народного хозяйства. Работал товарищ Сталин, ничего с этим не поделать. Увы, придется вам и нам считать Иосифа Виссарионовича Сталина Генералиссимусом Победы, самым великим полководцем в мировой истории.
В школьные годы я уверенно отвечал на уроках истории, что немцы были обречены на поражение в Великой Отечественной войне, потому что советский народ непобедим по определению. Но конец 80-х и начало 90-х показали, что не все так просто. Нас все-таки победили. Не знаю пока, временно или на постоянно. Хочется верить, что временно.
Владимир Черевичко