Сегодня праздник у ребят - День пионерии. Я бы и не узнал, если бы мой старый пионерский друг Юрик Гайдамак не прислал поздравление.
Юрик в начале 90-х эмигрировал в Германию. Прожил там четверть века, а потом вернулся в Россию. В Германии у него взрослые дети, они к нему приезжают, но сам он туда возвращаться не хочет.
Впрочем, это совсем другая история, которую я как-нибудь расскажу, а сегодня про наше пионерское детство.
Как и многие советские дети, я ждал приема в пионеры с нетерпением и волнением в груди. Получить право, носить красный галстук - это вступить во взрослую жизнь. Сегодня ты еще малыш-октябренок, но завтра станешь пионером. А пионер - это уже вполне самостоятельный человек. Им в войну доверяли оружие и они геройски били фрицев. Я к тому времени перечитал все книги про пионеров-героев. Помните, "Улица младшего сына" про Володю Дубинина и "Витя Коробков"? Кстати, оба крымские пионеры-партизаны. Я ими восхищался.
Однако, радость от того, что я стал пионером, быстро прошла, а жизнь в одночасье взрослее и интереснее не стала. Пионерские собрания и линейки были скучны и однообразны, а пионервожатым редко удавалось зажечь мое пионерское сердце.
Но была одна штука, за что я до сих пор благодарен пионерии. Это пионерский лагерь. С семи лет меня почти каждый год отправляли в лагерь. Часто на Черное море, потому что жили мы в Краснодарском крае, у нас все дети во дворе и в школе тоже ездили в лагерь на море.
Я любил лагерь, несмотря на его дисциплину и хождение в строю. Но зато там были море, солнце, новые друзья, спортивные секции, турпоходы и пионерский костер!
В пионерском лагере я впервые поцеловался. Мне было 13 и я был влюблен в самую красивую девочку нашего отряда. Претендентов на ее руку и сердце было много, но в конце концов, нас осталось только двое и мы решили этот вопрос по-мужски. Мы дрались за территорией лагеря - один на один до первой крови.
В пионерском лагере я научился купаться в шторм. Мне было 14, а моему учителю 17 - в таком возрасте в лагерь уже не брали, но этот парень был сыном начальника лагеря. Помню, что он был дерзким, рискованным и курил втайне от отца. Сдружились мы на почве настольного тенниса. Он легко выигрывал у всех пионеров кроме меня. Я очень здорово играл. Был фанатом этой игры. Дома, во дворе, мы с друзьями купили вскладчину настоящий теннисный стол и целыми днями, если не было ветра, резались навылет.
Мы несколько раз уходил с ним в самоволку на море. Однажды был шторм, ни один человек не купался, а мой приятель смело полез в воду. Он сказал мне, что плавать в шторм легко. И легко заходить в штормящее море - надо просто бежать за откатывающейся с берега волной, и потом подныривать под гребешок следующей набегающей волны. А там, вдали от берега, безопасно. И прикольно - качаться вверх-вниз на волнах. Самое трудное - это выйти из моря. Надо оседлать самую большую волну и плыть на ее гребне как можно ближе к берегу. А потом бежать изо-всех сил, пока волна не начнет откатываться назад. Если не успеешь выбраться, то волна начнет затягивать тебя назад в море. И тогда надо развернуться морю и бежать навстречу волне, чтобы успеть поднырнуть под гребешок. Иначе она собьет тебя с ног, закрутит, протащит по камням, забьет нос и уши песком. И тогда шансов выбраться останется совсем мало. Но если ты не боишься и способен сопоставлять свои силы с силой стихии, то опасности нет.
Все три дня, пока море не успокоилось, мы убегали с ним купаться. Я так полюбил это чувство опасности и своей силы, что никогда потом не упускал возможности поплавать в шторм. В последний раз это случилось год назад на Азовском море. Удивительное чувство! Я до сих пор благодарен за него пионерскому лагерю и тому рисковому пареньку, который научил меня не бояться стихии.
Кстати, те уроки дважды выручали меня. Однажды я слишком далеко зашел на волнорез во время шторма и меня смыло волной. Я выбрался. Правда, сандалии, штаны с кошельком и футболку пришлось оставить морю - в качестве платы за спасение - в них бы я не выплыл.
Второй случай, когда моя юная и спортивная жена забежала в штормящее море следом за мной. Волна накрыла ее и сбила с ног. И только через минуту, превратившуюся для меня в вечность, голова жены появилась на поверхности. Мы отплыли подальше от берега, успокоились, отдохнули, восстановили дыхание. И потом, с четвертой либо пятой попытки, сумели выбраться на берег.
Самый лучший момент в лагере - это прощальный пионерский костер. Это всегда братство, единение, незамутненная ничем дружба и капля слезинки в уголке глаза, потому что костер скоро догорит, а завтра мы сядем в разные автобусы и больше никогда друг друга не увидим...
На фотографии - мой 3-й "Г" класс Армавирской средней школы № 7. Я ровно в центре на первом ряду. Мне 10 лет и я пионер.