Часть IV. Глава 1. «Наверное, пора» – окутывали месяцы и годы созерцаний бескрайнюю картину русского космоса. Образы, сюжеты и даже светотени образов в сюжетах, будто в замедленной динамике вихрились в сознании Бахметова воронками связанности окружающих вещей с небом – лазурная поверхность лишь изредка подёргивалась вибрацией пришедшего снизу пузырька смысла. Гигантскую панораму русскости, конечно, было не одолеть созерцанием и рефлексией – всё ощупывания реальности обыденно врастали в студенистые пласты никуда не спешащей жизни. Видимым образом всему окрест не хватало подвижности, но впечатление это чувствовалось обманчивым – любая перетряска неба приводила пласты в новое состояние жизнеспособного ответа на вызовы деструкций. Загадка изменений не казалась фатально неразрешимой – слишком хорошо угадывалось соответствие клеточных форм почвы структурному коду синевы над головой. Перед глазами подрагивали лики приросших к земле городов и окраинных сёл, жители которых в беспечной заве