Социальная жизнь человека едва ли может быть отделена от его личной, персональной жизни или жизни семейной. Во всех своих ипостасях человек неизбывно стремится оформиться как существо общественного типа. Растворяя себя в общем мы находим единение, единство и собственную уникальность. Только в общине человек способен пройти процесс очеловечивания-социализацию. Но возможен этот процесс только лишь потому что общество создано Богом для преодоления нашего несовершенства порожденного грехопадением. Именно эту мысль мы подчерпнем из фразы: «И чтобы преодолеть разорванность человеческого бытия, а тем самым предоставить возможность человеку искупить свое грехопадение и обрести свое первобытное блаженное состояние, Богом было создано общество»
И если продолжить ее, развить в традициях логического рассуждения можно сделать вывод, что общество более совершенно и богоподобно чем человек. Первенец Бога теряет свое значение и растворяется в сообществе себе подобных и стремиться к излечению от первородного греха только лишь в обществе. Но можем ли мы утверждать, что такая постановка проблемы верна?
«Экклесия» или экклезиархия-церковь-собрание людей объединенных общей верой является более совершенным и возвышенным, приближенным божественности чем каждый отдельный человек. Соединенные общей идеей-верой в Творца, человек начинает своей долгий путь к горним вершинам. Он должен изменить себя и все вокруг именно и только лишь для полного и абсолютного подвига-исцеления. Если он сможет совершить практически невозможное, но осуществимое он может надеется на награду. И нет речь не идет о райском существовании. Человек как существо богоподобное имеет шанс преодолеть себя и именно собственное преображение является самой желанной наградой.
Однако, мы говорим только лишь о пути и цели. А фраза, взятая нами в кавычки указывает нам на условия и доброго попутчика который поможет в трудном пути путнику. Общество выступает здесь в двух ипостасях, но при этом преследует и несет единую цель. И наш спутник, и условия для нашего преображения созданы нам Богом для облегчения пути. Но и для того что бы мы не сбились в пути. Это словно великий тракт, проложенный Творцом по бесплодной пустыне. Он проложен под нашими ногами, но насколько удобен зависит только от нас. Кому-то, кто отягощен грехами, слабостями он будет резать ноги и терзать стопы. Его будет мучить жажда и голод даже если с собой полно воды и еды. Он будет отвлекаться на миражи, порожденные воспаленным слабостями души. Его путь будет неимоверно долог и тернист. Фраза избита, но от этого не перестает быть истинной.
Подверженному греху человеку его спутник не будет добр или участлив. Отнюдь, ослепленный слабостями он будет ему являться грозным стражником который толкает его вперед, уводит от миражей и заставляет делать шаг по раскаленной дороге. Он не позволяет ему застыть на месте или укрыться от зноя в лживой прелести прохлады фантомного оазиса. Но для человека благостного и сама дорога, и спутник будут только в радость.
А для проверки собственных утверждений позволим задать себе вопрос, но значит ли это что монашество и аскеза ошибка? Ведь если спасение есть лишь в миру, в общине в радости единения с себе подобными можно ли предположить, что монашествующие имеют шанс на спасение? На первый взгляд мы можем предположить, что ответ-нет. И это будет абсолютно честное, тяжеловесное «нет». И в нем как в граните будет и правда и ложь одновременно.
Каждый монах рожденный от женщины и воспитанный в семье несет в себе общество. Даже если он был оторван от семье в совершенно юном возрасте он смог воспринять мораль, нормы поведения запреты и дозволения, правила поведения, принятые в обществе. И безусловно язык общения из своего окружения. Человек может уйти из мира, покинуть общество, но община из его души, сути не уйдет никогда. Монах все равно остается частью целого, но
обделённый, ограбленный самим собой. Монах похож на человека который видя протянутую руку помощи недоуменно смотрит на нее и проходит мимо погруженный в себя и сосредоточенный только на самом пути. Он сможет найти Творца, но по всей видимости из собственной гордыни не способный принять уникальный дар который ему вручил Творец в самом начале пути