Приближалась осень. Василий чувствовал, что холода не за горами и очень грустил по этому поводу. Он любил лето. И даже трёхмесячное отступление не казалось таким унылым, потому что радовала погода. Но скоро придёт зима и всё изменится. Но солдат утешал себя мыслью о том, что холода придётся переживать в городе. А мыслей о сдачи Сталинграда не было вовсе.
Старший сержант Василий Мальчиков с детства мечтал стать водителем. И какова же была его радость, когда придя добровольцем в военкомат родного Серпухова, он узнал, что службу будет проходить шофёром. Нет – он не боялся передовой, просто в столь юном возрасте, а было ему 17 лет, детские мечты ещё слишком сильно будоражат воображение.
Права Вася получил в колхозе, где считался одним из самых виртуозных водителей трактора. И, по мнению молодого человека, его должны были отправить на курсы механиков – водителей танка, но слишком юный возраст не позволял. Ему и так повезло, что на призывном пункте удалось обмануть военного комиссара – грозного толстого дядьку с усами, как у Чапаева. Тот поверил, что парнишке 18 лет. А может просто сделал вид, что поверил.
Так или иначе, но весной 1942 года Василий попал на фронт и прямиком в Харьковский котёл. Что он там пережил и вспоминать не хотелось, но из этой передряги ему удалось выбраться целым и невредимым. Да ещё и сохранить в целостности свою "Полуторку".
Дальше было долгое летнее отступление и вот он уже под стенами города имени Сталина. Что ждёт их дальше? Сержант был уверен, что всё будет хорошо. Он даже не рассматривал вариант сдачи города немцам или итальянцам. Ох уже эти итальянцы...
Месяц назад был забавный случай, когда один такой вояка Муссолини забрёл к ним в окоп. Непонятно, как он мог его перепутать, но запрыгнул он в твёрдой уверенности, что попал к своим. Каково же было его удивление, когда он увидел советских солдат, которые не растерялись и сразу скрутили макароннику руки. Тот ещё долго ворчал что-то на своем языке себе под нос, испуганно оглядываясь по сторонам. Дальнейшую судьбу этого вояки Вася не знал. По слухам отправили в штаб, а оттуда уже могли куда угодно.
Воевали итальянцы плохо и без всякого желания. Венгры были злее, а вот румынам было вообще всё равно. По словам пленных, многие из них собирались после Сталинграда домой. Как они это планировали это осуществить, сержант не понимал. А вот немцы – это другое дело. Злющие и беспощадные, хотя их то как раз он почти и не видел.
Да и вообще старший сержант Мальчиков считал, что пороха ещё толком не нюхал. В боях участия не принимал, пару раз попадал под бомбёжки под Харьковом. Было страшно только от того, что ничего в ответ сделать не мог. В атаки и разведку не ходил – крутил себе исправно баранку, да приказы исполнял.
Вот и сейчас он ехал в штаб полка с важным поручением. Нужно было доставить срочную депешу, суть которой ему была не ведома. Да Василию было и не интересно. Его дело маленькое. Он напряжённо всматривался в темноту и рулил навстречу долгой сталинградской зиме.