Пишу о том, как неожиданно обнаружила в себе нарцисса и попытках с этим бороться. Нет, я не перверзный нарцисс, но все таки нарциссизм меня затронул сильно. Рассказываю о том, чем мне была полезна терапия у грамотного психолога, о своих мыслях и выводах.
Начало истории здесь
На секунду показалось, что в психотерапии произошел прорыв и она помогает! Что нам удалось ухватиться за кончик запутанного клубка моих чувств и противоречий, которые так мешают жить. Вдруг я поняла, что это можно было сделать намного раньше – но я не слышала психотерапевта! Даже несмотря на мой хитрый прием с диктофоном (об этом здесь).
Но этот проблеск истины никак не задерживался в моей голове надолго. Все крутилось и вертелось, а юркий кончик, дающий надежду на излечение от нарциссизма, постоянно выскальзывал, рвался и норовил раствориться в разрозненных воспоминаниях и успокаивающих выводах о том, что «все это бред и никакой я не нарцисс».
Все это повергало меня в отчаяние, а потуги все разложить по полочкам терпели трескучее, позорное фиаско. Но среди этих мук я все же чувствовала, что какой то здоровый процесс внутри меня все таки был запущен. Хоть и шел он медленно и скрипел по всем швам.
К следующему сеансу, по заданию Марины Александровны, я тщетно пыталась вспомнить истории похожие на ту, что на прошлом сеансе позволила нам сдвинутся с места. Очень радовала мысль о том, что хоть небольшой, но прорыв в моей борьбе с нарциссизмом все таки есть!
Найти такую же шикарную историю, демонстрирующую неадекватность моего восприятия было крайне проблематично. Мне опять казалось, что я во всем права и поступаю логично. Но одну, осевшую во мне противной крошкой сомнения, я все же кое как нашла. Точнее – вымучала.
Пару месяцев назад в Сапсане я случайно встретила однокурсника – ухажера юности. Закрутить со мной роман он пытался целых два раза, причем с промежутком в 10 лет – на первом курсе, и потом в аспирантуре - когда мне почти стукнул тридцатник. Красотой он не отличался, но был умен и дерзок. В компании его уважали.
«О!,- обрадовался он, откупоривая бутылку вискаря, завернутую в бумажный пакет. Садись ко мне! Знаешь, я тут в последнее время встречаю всех своих бывших любовниц, -Светку помнишь? В Болгарии теперь живет. Лену- жену бывшую, а сейчас вот тебя.
– В смысле, меня? Ты что считаешь меня своей бывшей? , - спросила я отодвигая протянутый стакан.
Он странно посмотрел на меня и сказал: - А ты что – нет?
Я помотала головой, возмущенно выкатывая глаза.
- Ну ладно. Значит полгода, что мы с тобой спали в универе не считаются, - примирительно сказал он и выпил, - Все вы бабы чокнутые, но ты Маш, все таки, одна из самых.
Выйдя из поезда, я сразу набрала нашей общей приятельнице в надежде разделить с ней мое возмущение:
- Представляешь, извращенец!, возмущалась я.- Любовница я его, видите ли, бывшая!
- А что такого? Вы же встречались вроде.
- Да ничего ты не понимаешь. Там все сложно было и я никогда с ним не встречалась!
-Странно, удивилась Вера, я помню что мы часто куда то ездили и вы с ним были вместе,- Но тебе виднее, я же свечку не держала. Да и какая разница уже? Столько лет прошло.
По ее ответу я поняла, что в этой ситуации что то не то, но быстро прогнала эту мысль и перевела разговор на свою поездку в Питер. Однако на сеансе у психолога решила озвучить именно этот эпизод.
Я начала понимать: если что то не складывается в моей голове в логическую цепочку и вызывает какие то непонятные чувства – на сеансе психотерапии это вполне может оказаться той самой пограничной ситуацией, способной пролить свет на мои проблемы. А для психолога – возможность зацепиться за что то, что помогло бы в терапии.
Продолжение следует
Если вам нравятся мои тексты, пожалуйста подписывайтесь. Мне важно знать что вам интересно то, о чем я пишу. Продолжение истории.