Найти в Дзене

"Венера в мехах" Леопольд фон Захер-Мазох

Однообразное речитативное повествование на одну и ту же тему. Человечество в какой-то своей части всегда скучало, поэтому выдумывало всякую для себя чепуху. После вампиризма садомазохизм занимает вторую строчку в моем личном табеле о рангах, что напрямую связано со скоростью засыпания. Нет ничего более нелепого и, что самое паршивое, тебя эти темы сроду не интересовали, но ты абсолютно все о них знаешь. Знаешь про осиновый кол, серебряные пули, чеснок, а также о коже, хвостатой плетке и строгой госпоже с серьезным, но необразованным лицом. У Мазоха, героя этого нарицательного труда, всюду плещутся отсылки к России, что не только выглядит нездорово, но и связано в первую очередь с сохранившимся на тот момент в России рабством. Немного он не успел, крепостное право незадолго до появления этого сомнительного шедевра отменили, что помешало Мазоху поехать в нашу страну, чтобы благополучно запродать самого себя какой-нибудь боярыне Морозовой. Жаль, потому что мне было бы радостно представля

Однообразное речитативное повествование на одну и ту же тему. Человечество в какой-то своей части всегда скучало, поэтому выдумывало всякую для себя чепуху. После вампиризма садомазохизм занимает вторую строчку в моем личном табеле о рангах, что напрямую связано со скоростью засыпания. Нет ничего более нелепого и, что самое паршивое, тебя эти темы сроду не интересовали, но ты абсолютно все о них знаешь. Знаешь про осиновый кол, серебряные пули, чеснок, а также о коже, хвостатой плетке и строгой госпоже с серьезным, но необразованным лицом.

У Мазоха, героя этого нарицательного труда, всюду плещутся отсылки к России, что не только выглядит нездорово, но и связано в первую очередь с сохранившимся на тот момент в России рабством. Немного он не успел, крепостное право незадолго до появления этого сомнительного шедевра отменили, что помешало Мазоху поехать в нашу страну, чтобы благополучно запродать самого себя какой-нибудь боярыне Морозовой. Жаль, потому что мне было бы радостно представлять его работающим в поле.

Вообще, так понимаю, что свою "Венеру в мехах" Мазох пытался обозвать произведением о любви, что у него благополучно не получилось. Всю эту какофонию, что он и ему подобные пытаются выдать за гармонию и красоту, ничем не назовешь, только попыткой спрятать самое больное. Есть старый как мир способ - если в чем-то не разбираешься, то прикинься оригиналом. Мало того, у Мазоха даже не хватило смелости написать этот опус от первого лица. А может это и хорошо, потому что у меня, например, есть не очень хорошая привычка - представлять себя на месте главного героя.

Самая громадная нелепость, которая даже таковой выглядит на фоне самого садомазо, что само по себе является нелепостью - это нездоровая тяга участников подобного действа к договорам. Что такое договор - это форма ограничения. Разве нужно чему-то безграничному и всепоглощающему пытаться себя в чем-то ограничивать? Это в любом случае бы не получилось. Где истинное мастерство, правила не состоятельны. Современное воплощение этой темы, книга о пятидесяти показателях серости, тоже обращалась к обязательному договору. Это как раз то место, где с этой книгой все становится ясно.

В итоге, по сюжету могу обобщить. Если мужчина и женщина друг друга не понимают органически, то им лучше быстро прекратить тратить время и силы на бесполезное, не устраивать всяких садомазо, а просто расстаться. Благо, людей на свете много и одного для себя всегда можно найти, особенно, если выпить перед этим. Шутка. Любите, люди, друг друга. Любите как хотите. Но не пишите подобных при этом книг. Не переводите зря бумагу.

А лицо у него унылое.

-2