Найти в Дзене

Самая верная жена

Она лежала так уже 3 день, свернувшись калачиком и уткнувшись лицом в стену. Молча. В абсолютной, тягостной, тягучей тишине.
Я периодически пыталась с ней заговорить, но безуспешно. Поэтому я просто была рядом. Приносила и уносила еду, на которую она даже не смотрела, предлагала чай или просто пыталась погладить по спине. Но она отвергала любые ласки и заботу. Просто лежала, свернувшись калачиком
Рассказ. Все события вымышлены
Петергоф. Лучик солнца
Петергоф. Лучик солнца

Она лежала так уже 3 день, свернувшись калачиком и уткнувшись лицом в стену. Молча. В абсолютной, тягостной, тягучей тишине. 

Я периодически пыталась с ней заговорить, но безуспешно. Поэтому я просто была рядом. Приносила и уносила еду, на которую она даже не смотрела, предлагала чай или просто пыталась погладить по спине. Но она отвергала любые ласки и заботу. Просто лежала, свернувшись калачиком и молчала. Смотреть было невыносимо. 

Я радовалась, что детей сестра отправила к маме. Я бы не справилась, если бы рядом с Юлькой сидели и рыдали мои племянники. Хотя, я и так не справлялась. Просто не знала, что делать, поэтому в 100 раз разогревала еду, разводила кофе или заваривала чай. И приносила его Юльке, а потом забирала обратно.

За все это время у нас только однажды завязался разговор. Я попыталась ее встряхнуть, ущипнуть, пристыдить:

-Юль, нельзя так. Ты же заживо себя хоронишь. У тебя дети, подумай о них. О нас с мамой подумай, это невыносимо, смотреть на тебя, видеть такой. 

-Он вернется. Я точно знаю. Он не мог бросить меня. Не мог.

Она замолчала, а я вышла из комнаты и закрылась в ванной. Включила погромче воду и заплакала, ревела пока не закончились силы. 

***

Юля и Миша были сладкой парочкой. Они дружили с малолетства. Вернее как: дружили мамы, а им приходилось налаживать контакт лет с 3. Начиналось все с дележки лопаток и машинок в песочнице, а переросло в крепкую подростковую дружбу. Я старше Юльки на 7 лет, поэтому их тусовка никогда меня особо не волновала. Малышня она и в Африке малышня. Но они были прямо команда. Вместе хулиганили, вместе приносили домой грамоты.

Лет с 14 в их отношения ворвались новые чувства. Это было видно наверняка, без дополнительной оптики. Любовь. А в 18 они поженились, несмотря на молодость, безденежье и тяжелую обстановку вокруг. После свадьбы Мишка ушел в армию. И она его ждала. Писала письма, моталась к нему. Мы только руками разводили:

- Ну зачем тебе это, ты же молодая, красивая. Вся жизнь - морская гладь. Зачем такие встряски и страсти? 

Она отвечала:

-Люблю. 

И мы верили. 

Когда он вернулся, стали снимать комнату. Мишка поступил в институт МВД, Юлька тоже училась. Понемногу подрабатывали, Миша получал стипендию, ну и родители помогали. А куда было деваться. Любовь ведь?

Потом они встали на ноги. Взяли квартиру в ипотеку, устроились работать. Зажили как нормальные люди, и через 3 года у них родился сын. Еще через 2 - дочь. 

Они были очень счастливы вместе. Казалось, что счастливее некуда. 

***

Я отогнала воспоминания. Сложно было сохранять здравый рассудок - тут и там стояли их фотографии в рамках, повсюду лежали мужские вещи, даже запах с легкостью улавливался ноздрями. Мишкин терпкий запах с древесными нотками. 

Была бы моя воля, я бы раскидала все по коробкам и вынесла. Невыносимо жить, когда кругом сплошной ком воспоминаний.  Но Юльке было все равно. Она лежала на одном месте и молчала. Даже не плакала. В тишине. 

***

Утром меня разбудил сигнал автомобиля, на улице какой-то чудак каждые 30 секунд жал на клаксон. "Чтоб тебя черти ели!"- подумала я и встала. И застыла. 

В квартире что-то изменилось. Запах. Пахло свежим зажаренным хлебом и кофе. 

Я залетела в кухню, опасаясь, что меня мучают галлюцинации на нервной почве. Но нет. Юлька стояла у плиты и жарила тосты. Рядом на конфорке дымилась турка. Запах стоял невыносимо вкусный. У меня заурчало в животе. 

-Привет - сказала сестра и улыбнулась. На нее было страшно смотреть. Скелет, обтянутый прозрачной кожей, бледное лицо. Впалые щеки, глаза стеклянные. Тонкие руки и пальцы. Того и гляди, сломаются от малейшего прикосновения. 

-Привет. Ну, ты как? - спросила я. 

- Кофе будешь? Или чай? - она меня не услышала. Или сделала вид. 

-Давай кофе. 

Я замолчала. Я не знала, что сказать. О чем говорить. Тишина резала на куски мое сердце горячим ножом, но я боялась звука собственного голоса. Одно неосторожное слово - и она опять ляжет калачиком. И умрет от горя. 

-Погодка сегодня отличная. Слышала, какой то засранец гудел под окном? Разбудил меня. 

-Неа. Я на кухне, тут сковородки, вода. Не слышала. 

Она выкладывала тосты, достала яйца, соль, овощи. Налила 2 чашки кофе. Господи, хоть бы она поела. 

И она села и поела. У меня по телу растеклось тепло, то ли от кофе, то ли от надежды: все кончилось, жизнь возвращается. 

Мы сидели в тишине. Юля о чем-то думала, а я набивала рот потуже, чтобы лишить себя возможности говорить и иметь на молчание веские причины. 

Потом она встала и принялась вытирать со стола. 

-Вер, поможешь мне? Хочу убраться и перестановку сделать. 

-Конечно! С чего начнем? - пожалуй, я переборщила с энтузиазмом в голосе и слишком поспешно вскочила со стула, но Юля не заметила. 

-Надо вычистить квартиру. И убрать Мишины вещи. 

-Хорошо, я сейчас сбегаю за коробками. 

-Какими коробками?

-Ну, для вещей. 

-Мне не нужны коробки. Я хочу просто убрать квартиру, вещи Мишкины валяются повсюду. Беспорядок. Хочу, чтобы когда он вернется, в доме была чистота. 

Я затихла. Мне хотелось ей сказать: "Милая, он не вернется". Но я промолчала. Взяла тряпку для пыли и принялась за уборку. 

Продолжение по ссылке

Спасибо за внимание и вашу помощь в развитии моего канала. Завтра я постараюсь выложить продолжение и конец!