Бренчание расстроенной гитары уныло рассекало накалённый донельзя воздух.
- Да хватит уже!
Семён Сергеевич со злостью стукнул по рукам Лёни, нервно огляделся вокруг и сплюнул.
- Ладно вам, Семён Сергеевич, ну не придут они и что?
- А то, - на каменные плиты полетел использованный магазин, - есть ты, скажи на милость, что собираешься?
"Вас!", - звонкий хохот где-то позади заставил двух мужчин обернуться. На двух мешках развалился Петька - светловолосый курчавый паренёк
- Я те дам вас! - Семён Сергеевич ударил кулаком по колену, которое тотчас же хрустнуло. - На цепь посажу
- Да не серчай, старче, вот они - идут
Из тьмы тумана выплыло три фигуры в белых одеждах. "Покойники", - подумал Лёня, но посчитал неприличным падать в обморок.
- Опаздываете! - Весело поприветствовал пришедших Петя.
- Прошу нас извинить, сами понимаете, вы не одни такие... Заблудшие
Семён Сергеевич посильнее сжал автомат: с недавних пор слово "заблудшие" начало отдавать странной болью в виске, от которой хоть на Луну вой.
- Вот ваши пропуска на завтра. - Бледная рука протянула три идеально ровные бумажки.
- А следующие, - Лёня трясся, как заяц перед лисой, - когда?
- Через неделю, может, или через две. Вы сами понимаете....
- А с этим-то нам что делать? - Семён Сергеевич указал на тело у костра.
"Товарищи мёртвые", как шутил иногда Петя, дружно переглянулись. Один даже почесал за ухом.
- Ну, в колодец, что ли, бросьте
- Нельзя так с людьми, - заметил наименее бледный из трёх.
- Да он и не человек, вроде, - перебил третий (тот, что чесал за ухом)
- В общем, сами думайте, а нам пора
Три силуэта в белом растворились в едком тумане. Семён Сергеевич отложил автомат, Лёна перекрестился и даже помолился наскоро. Петя подошёл к "дохлику" (ещё одно остроумное прозвище собственного производства) и потыкал в него пальцем.
- Спит? - Семён Сергеевич хмуро оглядел ладони "дохлика" со следами не то от гвоздей, не то ещё чего
- Спит, - почти промурлыкал Петя, - долго ему спать, так ведь, старик?
- Нашёл старика, - Семён Сергеевич отвернулся и стал вглядываться промеж тумана в самую суть, - вон там старики живут, а здесь...
Семён Сергеевич устало махнул рукой. Петя отошёл от "дохлика" и сел рядом с Лёней.
- О чём молишься хоть?
- О счастье
- А какое оно, счастье?
Лёна призадумался, спустя минуту пожал плечами и на выдохе произнёс: "А разве это важно?"
Догорал костёр. Нашивки с буквами "В", "Н" и "Л" (у каждого "бойца" по одной) сверкали в тишине вечной ночи. И не было страха или боли здесь, где уже две тысячи с лишком лет ждут возвращения Того, кого нельзя познать.
