Связь между дезинформацией тогда и сейчас уже была установлена в отношении нынешнего кризиса, но также можно увидеть в документах времен Черной смерти.
Джованни Боккаччо жил во Флоренции во время чумы и написал «Декамерон» , рассказ о семи мужчинах и трех женщинах, которые бегут на виллу, чтобы избежать болезни. Отрывок из не выдуманного введения Боккаччо в эту работу дает представление о влиянии чумы на отдельных людей: « Такие страхи и причудливые представления овладели живыми, что почти все они приняли одну и ту же жестокую политику, которая была полностью исключена. больные и все, что им принадлежит. Делая так, каждый думал, что он обеспечит свою собственную безопасность. ». Во многих случаях в чуме обвиняли неизвестных или невидимых агентов - таких как иностранцы, плохой воздух или яды.
Достижения науки и техники не помогли устранить такие взгляды, так как в начале пандемии гриппа 1918 года все еще было распространено мнение, что эта болезнь распространялась через миазмы или ядовитые пары.
В настоящее время некоторые полагают, что COVID-19 вызван или распространен через сеть 5G 15 - какими бы ни были недостатки этой технологии, коронавирусне один из них!
Таким образом, многие аспекты такой сплетни и дезинформации разделяют общую нить - невидимую другую или субстанцию - но на самом деле неизвестно, почему такие ложные представления должны сохраняться даже в эпоху, когда мы знаем о зародыше.
Одна возможность состоит в том, что такая сплетня укрепляет социальные связи и социальные контакты, и эта усиленная социальная структура уменьшает страх в настоящем (стратегия выживания). Невидимый и непознаваемый враг не может быть легко опровергнут, и, следовательно, возникающие в результате социальные связи не могут быть легко разрушены. Каковы бы ни были точные объяснения, механизмы обучения избеганию очевидны - они не меняются со временем.
Второй эффект распространения дезинформации во время пандемии является гораздо более продолжительным для общества - он касается беспокойств о будущем.
Статьи о том, как эпидемия коронавируса изменит мир, не редкость. Это ничем не отличается от прошлых реакций на пандемические тревоги. Последняя часть XIV века была временем великих перемен и неопределенности в Великобритании: конфликт с Европой не был разрешен, а «черная смерть» опустошала население. Население стремилось к улучшению условий жизни и работы, и было много сплетен и дезинформации о том, как эти преобразования будут достигнуты. Много слухов и дезинформации касалось возможных долгосрочных последствий чумы для общества - считалось, что меньшее количество работников должно означать больше денег и прав для оставшихся в живых.
Эти надежды были быстро разбиты Законом об Указах и Положении о работниках (1349 и 1351), устанавливающим заработную плату и условия жизни на уровне, предшествующем чуме. Результатом стали «Великий слух» 1377 года и «Восстание крестьян» 1381 года.
Оба эти восстания в конечном итоге потерпели неудачу, отчасти потому, что предположения, на которых они основывались, были неверными (меньше людей означает меньше работников, но это также означает меньше покупателей), подрывая их причины.
Изменения, возникшие в результате пандемии гриппа 1918 года, были более продолжительными, особенно с точки зрения прав женщин (случай, когда мужчин было слишком мало, чтобы работать, был бесспорным). Можно видеть, что дезинформация имеет решающее значение для подрыва изменений.
Психологически не трудно понять реакцию на пандемическую тревогу, которая предполагает, что в будущем дела пойдут лучше. Генерация простых аргументов, которые могут быть ложными, поможет облегчить эту тревогу. Если часть дезинформации, быстро распространяемая посредством цифровой связи и усиленная в эхо-камерах, выполняет эту роль, уменьшающую беспокойство, она будет сохраняться.
Подводя итог всему этому, «Психология и история» говорят нам, что реакция людей на экстремальные ситуации довольно инвариантна.
Страх и беспокойство создадут необходимость избежать их, и сплетни - подходящий кандидат для механизма выживания. Такие сплетни могут легко привести к дезинформации, которая сама по себе может быть подкрепляющей (корыстной). Цифровая эра не отличается от 14-го века в этом отношении, но она предлагает новые повороты - скорость и охват. Эта технология может объединиться, но есть признаки того, что ключевым фактором в этом кризисе является распространение сплетен и дезинформации, как это делали ранее из уст в уста. Мы должны быть настороже в этом вопросе и понимать, что, в основном, это реакция на страх, который мы разделяем с нашими предками 600 лет назад.