Мы ещё заживём по привычным законам, Уничтожив пунктиры нелепых дистанций, Соберёмся у храмов под звон колокольный, Позабыв об оттенках религий и наций. Мы обнимемся просто и крепко, как раньше, Принимая тепло и плечом, и губами. Мы без масок, что правды скрывают и фальши, Друг на друга не взвоем больными волками. Мы исполним ещё наши тайные страсти, Ощутим эту дрожь и мурашки победы. Будут внуки ещё влюблены и вихрасты, И споют наши песни, что нами не спеты. А в беспечный и солнечный день, как и прежде, Будет море лизать наши тесные пятки, Будут живы мечты, человеки, надежды… Только это – потом. После дьявольской схватки.
Мы ещё заживём по привычным законам,
Уничтожив пунктиры нелепых дистанций,
Соберёмся у храмов под звон колокольный,
Позабыв об оттенках религий и наций.
Мы обнимемся просто и крепко, как раньше,
Принимая тепло и плечом, и губами.
Мы без масок, что правды скрывают и фальши,
Друг на друга не взвоем больными волками.
Мы исполним ещё наши тайные страсти,
Ощутим эту дрожь и мурашки победы.
Будут внуки ещё влюблены и вихрасты,
И споют наши песни, что нами не спеты.
А в беспечный и солнечный день, как и прежде,
Будет море лизать наши тесные пятки,
Будут живы мечты, человеки, надежды…
Только это – потом.
После дьявольской схватки.