Моя мама - андроид: начало, назад
Иван
Теперь я новобранец Чесностана: оружие, казарма, тушенка. Вводный обучающий курс по стрельбе пройден за полчаса — убедились, что уверенно различаю, каким концом стрелять и как перезаряжать магазин, и готово.
Стою на пыльном плацу и слушаю инструктаж к предстоящей операции. Затылок припекает, пальцы вокруг автомата потеют, а кто у нас враг — полная неясность.
Из речи Вертопраха выходит так: планируется марш-бросок на приграничную территорию Соросоюза. Нужно отбить у противника важнейший стратегический ресурс, вероломно захваченный ими ранее. Как я понял, ценный ресурс постоянно переходит из рук в руки в ожесточённых боях.
По машинам — и вот нас уже трясёт по ухабам знакомого шоссе. Рядом Жумр, бледный и сосредоточенный, смотрит в одну точку прямо перед собой.
Потом долго ползём по выжженной земле к цели, скрытой за бетонными блоками. Ждём команды на штурм. Неожиданно Жумр подползает ближе и сипло спрашивает, еле разлепляя пересохшие на жаре губы:
— Слышь, а у тебя с ней что?
— С кем?
— Ну, с Василисой.
— Да мы учились вместе… Вроде как, дружим с детства.
— А, просто друзья. Это хорошо.
— Ну да, — вроде правду сказал, а настроение упало ниже плинтуса. Тоже мне, Жумр, герой-любовник.
— Слушай сюда. Там весь бой в чистом поле, по сути. Они с той стороны бетонных балок, мы — с этой. Только они прикрыты, а мы — как на ладони. Уловил, к чему я клоню?
— Пока нет.
— Всё просто. На рожон не лезь. Отползай подальше, по-тихому. Понял? Без тебя разберутся.
— Понял. А что в том поле такого важного?
— В смысле?
— Ну, из-за чего весь сыр-бор? За что воюем?
— Там трава растёт, с цветами мелкими, жёлтыми. Нигде больше нет, а здесь — целый луг.
— И?
— Что — и?
— Зачем вам эта трава?
— Не трава! Мы цветы собираем.
— А зачем цветы-то? Дарить собрались?
— Откуда я знаю? Приказали — вот и собираем. И Соросоюзные за них бьются. Значит, всем нужны, догоняешь? Ну и вопросы у тебя, Ваня, сын Павла.
Началась перестрелка, а мы осторожно отползаем подальше с линии огня. Стреляют долго. Иногда за бетонными блоками мелькают фигуры, но я не успеваю разглядеть, какого цвета у них кожа.
Как ни странно, бой заканчивается в нашу пользу. Противник спасается бегством. И в этот момент, уже близко к цветущему лугу, вижу вражеских солдат — они ничем не отличаются от нас. Даже камуфляж такой же, не говоря уже про цвет кожи. Не знал бы, что с ними воюем, решил бы, что коллеги.
— Жумр! А почему Вертопрах сказал, что у них кожа другого цвета?
— Тебя что, по голове задело, что ли? Они же красные. Видал, как драпал, аж шея вспотела и пятки сверкали? Кожа-то красная у них! Руки хоть видал?
— Вроде обычные…
— Это ты не рассмотрел. В другой раз увидишь, когда с этой стороны будешь сидеть, ждать их. Теперь тут постоянно будет кто-то из наших в карауле. Но это ненадолго. Никак не удаётся закрепиться. Сейчас цветов нарвём, сколько надо, и поедем на базу. Как раз к ужину.
Брат Рубленах
Когда солдаты уехали, мутанты дождались своей кормёжки — из столовой пришла женская особь с целым ведром варева. Мысли мутантов приобрели новый оттенок. Теперь они волновались, что в корме нет травы: «Опять нет травы… Нужна трава…»
Читайте мою апокалиптическую повесть "Эпидемия. Дневник",
фантастический рассказ про зелёных "Очищая планету".
повесть с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень".