Я никогда не чувствую усталости и продолжаю лениво брести вперед. Но иногда мне хочется остановиться, услышать биение своего сердца, сделать несколько глубоких вдохов. Однако дольше, чем на десять минут, я не могу прекратить движение. Недопустимо нарушать равновесие сил. Вокруг меня раскинулись бескрайние поля, усеянные фиолетовыми цветами. Под ногами – проселочная дорога, на которой иногда попадаются булыжники. Такие же одинокие и потерянные, как и я.
Легкий ветерок разносит по округе ароматы трав и цветов, пытается успокоить мир, усыпить его. Мир пытается заснуть, а мне, вот, нельзя. Я продолжаю путь. Никогда бы не подумала, что цвет бесконечности – фиолетовый.
Все, что мне остается – двигаться и думать. Это мое развлечение и мое горе. Я вспоминаю тех, кто остался там, за моей спиной. Тех, кто плакал обо мне. Тех, самых близких и дорогих, которые бросали горсти земли в мой последний приют. Что стало с ними, как они там? Я многое хотела бы им сказать.
Если бы мне выделили по минуте на каждого, я смогла бы утешить их и вселить в сердца надежду. Я бы передала им частичку своей уверенности в том, что когда-нибудь мы вместе будем брести по этой дороге в фиолетовой бездне цветов. Пусть даже это оказалось бы неправдой, но мы вместе бы в это поверили.
Мне кажется, что прошла уже тысяча лет. Время замариновалось в собственном соку, солнце не движется по небу, ночь не наступает. Постоянно здесь хозяйствует томный вечер, а к небу будто гвоздями прибит алый закат. У меня порой складывается впечатление, что я сижу в каморке за театральной сценой, где хранятся забытые декорации. Просто на основной сцене мне уже никогда не исполнить своей роли.
Иногда я выхожу к морю, просторы которого бороздят огромные корабли без капитанов и команд. Слышатся крики чаек, но их самих не видно. Все вокруг покрыто иллюзией жизни. Вероятно, чтобы я окончательно не сошла с ума. Кому тогда нужна будет сумасшедшая душа? Правильно, никому. В почете и цене только здравые души.
Я смотрю на бескрайнюю морскую синеву. Пытаюсь представить, кто может водиться в этих забытых глубинах. От таких мыслей становится страшно. Но я хочу подойти ближе, потрогать воду, убедиться, что она настоящая. Правда, еще ни разу мне не удавалось это сделать. В такие моменты меня будто отключают, а спустя пять минут я снова оказываюсь в бездне фиолетовых цветов.
Именно так и выглядит мое чистилище, перевалочный пункт бессмертной души. Здесь, в этой фиолетовой бесконечности и философских раздумьях я жду назначения в свою следующую жизнь, в которую мне, возможно, так и не удастся попасть.