Брат моей бабушки по маминой линии не любил говорить о войне – восемнадцатилетним парнем он ушел на фронт, в Чехословакию, а через несколько месяцев вернулся, но уже без руки. Историю о том, как дед Коля потерял руку я знала: они с однополчанином сидели-курили. Началась бомбёжка и снаряд попал точно в то место, где был только что товарищ – его просто разметало, а деду повезло – оторвало руку. Он увидел как она палкой полетела вверх, а потом упала. Ничего героического. Что тут рассказывать?
Своего дедушку по матери я никогда не видела, даже на фотографиях. Бабушка родила маму “в девках”. Откуда было набрать всем женихов после войны? Дедушку по отцу тоже никогда не видела, только слышала, что он пропал без вести. Мне от него досталась по наследству лишь фамилия.
А про своего отца я сейчас расскажу. Он родился в подмосковном Красногорске. Это был маленький городок, где большинство жителей трудились на оптическом заводе, производящем продукцию для оборонной промышленности. Там же работала и моя бабушка, которой было всего 24 года. С детьми сидела баба Груша, моя прабабка, жившая неподалёку где-то в районе. Я её не помню, видела только на фотографиях, но мама говорила, что она прожила 90 лет и успела даже меня понянчить. Помимо грудничка Славки (моего отца) у бабушки ещё была пятилетняя дочь и трёхлетний сын.
Немцы продвигались к Москве очень стремительно и хотя красногорских заводчан собирались эвакуировать на Восток, бабушка с детьми попала в плен. Дело в том, что некоторые части района к осени 1941 года уже были захвачены фашистами и молодых женщин, а также подростков в качестве трудовых ресурсов готовили к отправке в Германию.
Бабушка вспоминала, что их держали в деревянных бараках. Грудного молока у неё было столько, что она варила из него кашу на всех ребятишек. Осенью стало холодно и сыро – пелёнки не сохли. Она их сушила под собой, но всё равно не уберегла мальчонку – попала какая-то инфекция.
Что делать? Пришлось нести малыша в часть, к немецкому доктору. Врач посмотрел пацана, сказал, что нужно делать операцию – и спас ребёнка. К счастью, советские войска скоро перешли в контрнаступление. Фашистам надо было срочно отступать. Район освободили и бабушка с детьми вернулась в Красногорск, откуда вместе с другими заводчанами они были эвакуированы в Новосибирск.
И снова голод, холод, работа и жизнь, где всё для фронта – всё для победы. После войны, окончив школу и отслужив в армии, мой отец тоже пошёл работать на этот почтовый ящик, как тогда назывались заводы, производящие военную продукцию. Туда же, спустя несколько лет, пришла на работу мама. Там они познакомились, а после поженились.
Родилась я, а в начале 70-х гг., когда начали возводить КамАЗ, отец взял направление и поехал по партийной линии на стройку. Местные мужики быстро его приняли за своего и писали даже фамилию на свой манер – Задуллин. Следом за отцом в Набережные Челны переселились и мы с мамой. Там, в Татарстане, я защитила диссертацию и преподавала в институте.
Так случилось, что через 40 лет я переехала жить в Германию и накануне празднования Дня Победы прочла в соцсетях, что в Аугсбурге, где проживает многочисленная русскоязычная община, активисты собираются проводить антифашистский митинг. По собственной инициативе пошла в российское консульство в Мюнхене и попросила 200 георгиевских ленточек. Муж мне помогал раздавать эти ленточки на митинге всем желающим.
В ночь на 9 мая 2015 года я написала в стихах эту бабушкину историю, а утром прочла её с трибуны: “Непридуманная история о войне”.
Вот и всё, круг замкнулся: сначала немцы пришли к нам, теперь я живу среди немцев. Жаль, что мои бабушка и отец не дожили до сегодняшнего дня и не могут приехать ко мне в гости. Но я хочу, чтобы мои дочь и внук, живущие в России, знали и помнили, кому они обязаны жизнью. Добрые люди есть среди всех народов и их всё-таки значительно больше.
Вторая история: Немецкий врач во время войны спас мою свекровь и моего отца
На канал можно по ссылке ПОДПИСАТЬСЯ