Ратников Евгений Михайлович,
от которого мне досталась мужественная девичья фамилия.
В 1939-м ушел на флот, в сентябре 41-го в Сталинграде обучал специальностям старшин мотористов и специалистов, позже участвовал в обороне Севастополя. Командовал катером СКА-664, входившем в состав Онежской военной флотилии (10 ОСКа ОХРа ОВРа ОМОР).
Из наградных листов: «Член ВКПб с декабря 1943. Участник севастопольской обороны, в бою с выброшенным немецким десантом по захвату туннелей между Севастополем и Симферополем лично уничтожил 4-х немцев. Был ранен, но остался в строю.
Участвовал в боях в составе кораблей Онежской военной флотилии. 1 июня 1943 года в районе г.Вытегра во время боевого траления на катер налетело три немецких самолета. Во время бомбежки был тяжело ранен. Остался в строю. Погасил начавшийся на катере пожар и выбросил за борт воспламенившийся боезапас. Заделал несколько пробоин в катере...»
Оставшуюся жизнь прожил с осколком в голове.
Награды: Орден Отечественной войны II степени, Медаль «За боевые заслуги» Орден Красной Звезды, Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»
После войны дед много лет руководил фотолабораторией Артиллерийского музея, где до сих пор часть экспозиций сделана его руками. С 70-х работал егерем в Кировске в Лен.области, где вёл в школе фотокружок. Меня фотографии никогда не учил, так бывает… ездить было далеко. В память остался подаренный им малономерной «Зоркий».
Волею судеб фотографом-документалистом стала дочь. В некотором смысле вершиной её «документальной» фотокарьеры была фиксация эксгумации Александра Ш, а потом и остальных Романовых, мало кто в прямом смысле держал в руках всю царскую семью… Большая часть результатов её работы для служебного пользования.
Стасюк Захар Дмитриевич,
от него у меня четвертинка хохляцкой крови, когда она во мне восстаёт)), то «клочки идут по закоулочкам» и в доме затихают все...
Кадровый офицер погранвойск НКВД, на момент начала войны служил в Хусте, военные семьи тогда эвакуировались экстренно ночью солдатиком на полуторке, отвезшим их подальше от линии фронта, откуда, как и все добирались пешком. Каким-то сказочным образом (спросить уже не у кого, одни домыслы…) после ранения дед умудрился две недели тайно провести у бабушки, находившейся тогда в оккупации. Не случись этого, не случилось бы и мамы 1 мая 44-го. Гостил у нас всего раз, когда я была уже взрослой - давно разные семьи... дороги разошлись. О наградах знаю только по фото...
Камышко Исай Абрамович,
дед мужа. Многие темы в семье табуировались, поэтому война отрывочно по событийным вехам.
После ранения в 42-м преподавал математику первому набору Соловецкой школы юнг, в том наборе были Пикуль и Штоколов. В это период вручена медаль за «Оборону Советского Заполярья».
Сколько муж помнит, дед всю жизнь преподавал высшую математику… и "Дзержинцам", и "Артиллеристам" (ЛКАУ), и строителям (ЛИСИ). Артиллерист ведь без математики – слепец… В этот период награжден Орденом Отечественной 1 степени и медалью «За победу над Германией».
В 1944 в Ленинграде создал новую типографию НК ВМФ для полиграфистов. Награжден «Орденом Красной Звезды».
Гармашев Дмитрий Леонидович.
Непосредственно в военных действиях не участвовал. Строил и ремонтировал подводные лодки на «заводе им. А.Марти», вошедшем в «Адмиралтейские верфи». В 42-44 в эвакуации руководил группой КБ, строившего ПЛ типа «М».
Награжден «Орденам Ленина», Трудового Красного Знамени, медалями «За оборону Советского Заполярья», «За оборону Ленинграда».
Часть работ до сих пор имеет секретность, часть используется сейчас, например валопроводы судов до сих пор пробивают по его методике.
Тут фамилия сама говорит за себя, «гарма» – на украинском «пушка», а носить воинские фамилии мне, видимо, по судьбе)).
Я не хожу с портретами дедов… наверное, потому, что ношу их в себе, в своей жизни, чувствах, делах, мыслях, в своем лице… впрочем, как и мой Мужчина, он потому и мой, что не козыряет предками, а просто хранит их в своей крови, в своих поступках, несёт, как отпущено по судьбе в искромсанной стране, с купированным будущим поколений...
Мельчаем, поколения сменив, мельчаем, и мельчаем, и мельчаем...
Понимали ли мы происходящее в 90-е уже не суть важно, но мы совершенно точно несём ответственность за всё сказанное и не сказанное, сделанное и не сделанное... и тогда, и сейчас.
Каждому смотреть в глаза предкам… и каждому держать ответ перед потомками: За это ли воевали наши деды?
С теплом, Ваша Лиса)