Глава 2.
– Кого удивишь мутациями во всех областях жизни любого из нас? – Шульгин уже смиренно склонял голову под голосом прибывшего с Раевским невысокого мужчины. – Кажутся смешными проблемы, что мы пытались решать лет пятнадцать назад. Каждый месяц приносит вопросы обязательного экзистенциального выбора, а от ответов зависит складывание логики постановки следующих вопросов, и этот жёстко детерминированный конвейер теперь будет работать до скончания веков. Как быть в этой ситуации? Плыть по течению обстоятельств или менять саму структуру логики постановки вопросов?
«Каранашарира» – шелестело полузабытое слово в ушах Бахметова, и он на время зависал в решении проблемы – можно ли в принципе менять структуру логики?
– Мир обозначил ключевые центры влияния на самого себя, – узнаваемым голосом продолжал говорить гость. – Пекин, Тегеран, Вашингтон – сиречь Нью-Йорк,Лондон, Берлин с транспарантами Брюсселя, Тель-Авив, Токио и Москва – это по схеме горизонтальных геополитических давлений на углы Земного шара. Есть ещё кроты истории в виде тайных организаций, и эти уже могут быть даже транснациональны. Но кто сейчас возьмёт на себя ответственность заявить – какими именно категориями жить человечеству, как ставить перед собой и другими любые вопросы? Не слишком ли всё запуталось; и, быть может, пора развязывать почерневшую карму человечества? Кто будет ставить вопросы? и развязывать карму? Дальше материи обсуждений пойдут тоньше и веселее. Можно ли обвинять цивилизации за модели их самовыражения в мире, и насколько оправдан этот подход? Можно ли судить народы и сажать в клетку истории? Имеет ли право человечество – ну, хотя бы через выборных представителей – изолировать от себя целые народы?
– В смысле убивать?
– Пока нет. Просто отправлять на перевоспитание за решётку или резервацию за незаконное поведение или за грехи предков.
– Странная постановка вопросов.
– Через годы всё будет ещё более странным – как во снах умалишённого. Вот здесь речь пойдёт уже о казнях народов.
– Что вы говорите? — восклицал или сам себе шептал Бахметов.
– Всего лишь логика развития ситуации. Размахивая дубиной демократии, интересанты уже сейчас простодушно сносят голову человечеству. Вакханалия начата – надменно, и не от большого ума. Жизнь пионеров, конечно, умоет. Но прежде они попытаются умыть всех. Благодаря напортаченному ими, слишком проясняются приоритеты. Некогда актуальные вопросы демократии ретировались на десятый план – многие поняли, что сама эта демократия либералов есть совсем не уважаемая ширма для решения денежными мешками всего и всея. Особенность ситуации и в том, что в любом обществе большинство составляют люди с опилками в голове. Лично мне лирически мне кажется, что скоро наступит время деления людей не по каким-нибудь признакам принадлежности к обществам или по имущественному состоянию, а по категориям отсутствия мусора в мозгах, и присутствия в них смазки понимания жизни.
– Не дураки всех стран, объединяйтесь?
– Нет, – гость смеялся Бахметову; а, может, Шульгину, – пока только свои. Но об этом – позже.