Здравствуйте. С вами диванный псевдоэксперт Алексей Коновалов. Мы продолжаем документальный хоррор-сериал по мотивам статьи "Сожжение упырей в селе Нагуевичи в 1831 году", опубликованной в журнале "Киевская старина" №29 за1890 год автором с псевдонимом Мирон.
Предыдущие статьи можно прочитать, пройдя по ссылке:
Часть вторая.
Часть третья.
Часть пятая.
Часть шестая.
В предыдущей публикации было изложено повествование иеромонаха Илии—Эмилиана Коссака о зверствах крестьян во время эпидемии холеры, сжигающих заживо своих односельчан, подозреваемых в том, что они упыри, и виновны в распространении этого страшного заболевания.
Журналист Мирон не до конца согласен с отцом Илиёй:
"Рассказ этот, несмотря на кажущуюся обстоятельность, не до конца верен. Нужно заметить, что покойный Коссак писал его почти 20 лет спустя самого события, и включил его в составленную им "Летопись Креховского монастыря" во время своего игуменства в этом монастыре. О самом погроме в1831 году он знал только понаслышке, а то, что он говорит о виденном будто бы им пожарище "среди села на выгоне", мы должны считать не более, как дешёвой декорацией. Утверждаю, что, если Коссак поехал в 1831 году так, как он рассказывает, из Перемышля в Дрогобычь, да так, что из Нагуевичей поехал в Ясеницу, то пожарища, где жгли упырей, он от громадских ворот или вообще ниоткуда не мог видеть. Упырей жгли в одном углу выгона, прозываемом "Базарище", лежащем на лёгкой покатости довольно широкого холма, дорога в Ясеницу тянется по покатости этого холма, но с противоположной стороны, так что, проезжая этой дорогой, Базарища ниоткуда видеть нельзя".
В чём ещё неполон рассказ отца Илии—Эмилиана Коссака, читатель увидит из рассказа, записанного Ольгой Франко из уст очевидцев ужасного происшествия, стариков Артыма Лялюка и кузнеца Сени Буцяка.
Вот что рассказал Сеня Буцяк:
"Тогда была, как мы сейчас знаем, холера, поп первый помер через ту болезнь. Тогда люди ещё не знали, что это за хвороба, да похоронили его на кладбище. А потом как давай народ помирать! То сразу мёрло по пятеро, шестеро, а когда и по десятеро, двадцатеро, а когда, и бывало, пятьдесят человек в селе за день умирало. Страх такой на людей напал, что не дай Бог! Церковь замкнули, без попа и без дьяка хоронят. Обкопали вот тут, на Базарище всё, да и закапывают, по два, по три, а то и больше в одну яму кладут.
Такая вот напасть случилась. А в том конце села, бывало, и дети гуляли, ну, а дети говорят обычно о том же, что и взрослые. А один хлопец, семилеток, Гаврилой зовут, говорит им:
—А знаете, отчего люди мрут?
—Ну, и от чего?—дети интересуются.
—От упырей. То они людей заражают.
—Да откуда ты знаешь?
—Дык я сам упырь. Я сам своих папу и маму заразил. И знаете, ничья мне кровь не была так сладка, как их.
Разбежались дети по хатам, да там и рассказали, кто папе, кто маме, о рассказе мальчика по имени Гаврила. Заволновались люди, да давай у Гаврилы выпытывать:
—Правду ты, хлопец, говорил?
—Правду.
—А мог бы ты показать, кто упырь?
—Могу.
—Ладно, хлопец, завтра покажешь.
На следующий день был выходной. В церкви шёл молебен—приехал поп из соседнего села. Собралось всё село, и третьей части в церкви не поместилось, рядом с церковью стояли, пока поп не закончил службу и не поехал домой.
А в тот год грибы дюже уродились, да так уродились, что, бывало, как пойдёшь, так зараз мешок наберешь. В тот выходной я пас коров возле леса(напомню, рассказ ведётся от лица Сени Буцяка). К полудню все пастухи грибами обгрузились, и я також. Тут, смотрим, идёт старый Бурянник, человек такой был, здесь жил, возле церкви, идёт из леса, тоже грибы несёт. Приходим в село, а там присяжные, десятники бегают между домов, всех до церкви кличут, всем нужно идти, и старым, и малым, суд, вроде как, будет. Смотрим, а Бурянник, как нёс мешок с грибами, так встал, как вкопанный, а сам бледный, как стена.
—Что с тобой, дедуль?—спрашиваю у него.
—Ох, сынок,—говорит,—чую, смерть моя пришла.
—Да ты что?! Что ты такое говоришь?
Вот, подходим к церкви, видим, сейчас суд начнётся. Бурянник только рукой махнул, а сам идёт, ни живой, ни мертвый. Позагоняли мы скотину, да сюда пришли. Смотрим, а возле церкви всех людей поставили рядами, один парень взял на руки, того хлопца Гаврилу, да понёс его вдоль рядов.
—Показывай,—говорит,—которые упыри.
—Вот он, упырь, вот упырь, вот упырь.—указывает Гаврила. Семерых человек показал. И нашего Бурянника тоже. Всех в сторону отвели. Обошли все ряды—больше нет никого
—Да как же ты узнал, что они упыри?—интересуются люди у Гаврилы.
—По том узнал, что у каждого под коленом холщёвое полотно повязано.
Сразу заставили подозреваемых коленки показать, у всех перевязано под коленкой. Всех связали и охрану приставили.
—А нет больше упырей?—допытываются люди у Гаврилы.
—Есть ещё, да только не до людей, а до коней, коров, овец.
—Ну, те нам без надобности. А этим что можно сделать?
—Ничего вы им не сделаете. Пока они живы, так и будут шкодить
Стали решать, что делать с упырями, да и решили, что надо их палить на огне, а Гаврила и говорит:
—Ничего им ваш огонь не сделает. Только терновым огнём можно их одолеть.
На этом сегодня прервёмся. До скорой встречи. Всего вам доброго. Берегите себя и близких.