Один из самых умелых, эмоциональных и компетентных нынешних авторов - Григорий Данской. И если уж продолжать тему бардовского смешения времен в разговоре о человеке и войне, то никто, пожалуй, кроме него это и не вывезет. Хотя... Зря я так категорично. Я просто пристрастен, скорее всего. Просто потому, что Гриша - он наш, пермяк, а мы с ним еще и поработали в свое время вместе на радио, да и приятельствуем сколько лет. Ну и ладно. Пристрастие пристрастием, а солдатская песня Данского - все равно одна из вершин в этом жанре.
А действительно, почему так происходит в авторской песне? Почему даже поэты-фронтовики обобщали и память и время, не желая замыкаться на каких-то конкретных военных воспоминаниях? Почему очень много песен о войне, действительно, так похожи на народные?
Я не знаю, но рискну предположить, что хорошие поэты, а барды - хорошие поэты, так вот хорошие поэты видят намного больше и длинней в обе стороны истории. И им, хорошим поэтам, вовсе не трудно оказаться и в ратных трудах, и на пиру с теми, кого вроде бы и нет уже на земле давным-давно. Но есть - нету - какое это имеет значение для хорошего поэта? Ему не обязательно трогать руками то, с чем или с кем он легко общается постоянно. И ему не обязательно умирать физически, чтобы пережить, а еще и переосмыслить и сделать большим образом свою собственную гибель.
Я много раз видел, как Гриша это поет. И столько же раз видел, как он умирает в песне на самом деле. Это с одной стороны даже страшно, а с другой, это такое сильное движение души, что даже и сравнивать-то ни с чем не хочется. Достаточно того, чтобы и моя душа рванулась в этот момент за ним.