В придорожном кафе сидел молодой мужчина. На столе перед ним стояла чашка давно остывшего кофе. Он посматривал на водителей за столиками, отдыхающих и перекусывающих перед дальней дорогой. Сидел он у окна и встречал каждую фуру, останавливающуюся у заправки. Прислушивался к разговорам водителей, иногда подсаживался к ним и о чем-то спрашивал.
Девушка за стойкой с любопытством поглядывала на него. Заказал кофе и ни разу не притронулся к нему.
Мощная фура, выдохнув компрессором, подняла облако пыли и остановилась у заправки. Из кабины спрыгнул мужчина лет сорока, привычно спружинив коленями. На голове глубокие залысины, сзади волосы стянуты резинкой в хвост. Водители таких громадин все рослые, мускулистые.
Да, точно такая фура повстречалась им на дороге. Стоит боком, номеров не видать. А если бы увидел, вспомнил бы? Водитель поговорил с работником заправки и усталой походкой направился к кафе. Он приближался, а сердце Вадима взволнованно билось. Вадим пристально смотрел на водителя, идущего к кафе. Да, такой мог снести их машину в кювет.
Вошедший скользнул взглядом по сидящим за столиками посетителям, подошел к стойке, облокотился на нее локтями, наклонившись вперед, и стал разговаривать с девушкой не первой свежести.
«Ну, давай, сядь недалеко, заговори с кем-нибудь. Расскажи, какой ты крутой», – Вадим мысленно умолял водителя. Но тот не слышал и весело болтал с буфетчицей.
«А может подойти, развернуть его к себе и, глядя в ухмыляющееся лицо, прямо спросить, не он ли тем недалеким весенним вечером ехал по этой трассе». Вадим встал и подошел к стойке, рассматривая напитки и разноцветные упаковки на витрине. «Как дела? Давненько я здесь не был, по другим направлениям посылали…», - услышал он обрывок фразы. Дальше слушать не стал, пошел к выходу. «Не он. А если бы он, что сделал бы?»
Воспоминания, как кадры киноленты промелькнули пред глазами Вадима. Вера, собирающая вещи, ее тревожные глаза, как она уговаривает его поехать прямо сейчас, как подставляет ветру лицо в открытое окно машины, жмуря глаза. Если бы знать. Если бы…
***
Первомайские праздничные выходные Вера ждала с нетерпением. Она только и говорила о поездке к родителям в деревню. Погода стояла теплая, молодая трава и нежно-зеленые листочки радовали глаз. Природа просыпается, готовится к летнему яркому периоду жизни.
Надоело сидеть в душной квартире. На улице тепло, а отопление еще не отключили. Хотелось скорее оказаться подальше от города и суеты, от пугающих новостей и страшилок. Хотелось хоть неделю ни о чем не думать, расслабиться и успокоиться.
Родители Веры вышли на пенсию и уехали жить в деревню, сажать огород, наслаждаться тишиной и свежим воздухом. Ехать к ним недалеко, всего километров двести.
Вадим сходил в магазин и купил продуктов. А Вера собирала вещи. На неделю ведь едут. Настроение радостное, возбужденное в предвкушении глотка свободы и встречи с родными.
- Мне так хочется скорее уехать отсюда. Квартиру ненавижу. Каждое пятно на обоях выучила. Поедем прямо сейчас. – Нетерпеливо предложила Вера, мурлыча под нос какую-то незамысловатую мелодию.
- Нет, сейчас все ломанутся, пробки будут большие. Поедем позже, когда основная масса машин схлынет. Будет спокойнее и быстрее. А пока, давай поужинаем, - предложил Вадим, укладывая продукты в большую сумку.
- Хорошо, - вздохнула Вера. – Но идея ехать ночью мне не нравится. Время неспокойное. Мало ли что. Может, утром ранним тогда? – Вера перестала собирать вещи и посмотрела с надеждой на мужа.
- Не бойся. Трасса живая, по ней всегда кто-то едет. Таких как мы, думаю, много будет.
Уже стемнело, когда они отнесли вещи в видавшую виды машину, проверили, все ли выключено, заперто, закрыто в квартире и выехали.
Действительно, машин на дороге было немного. Ехали быстро, свет фар выхватывал серый асфальт с белыми пунктирными линиями разметки и стволы деревьев вдоль дороги. Навстречу неслись фуры, легковушки, свет фар бил по глазам.
Вера включила музыку и улыбнулась. Наконец-то свобода. Она смотрела перед собой на дорогу. Иногда открывала окно, чтобы почувствовать свежий ветер на коже лица, жмурилась от удовольствия.
Их обогнала пара автомобилей. Задние габариты исчезли из виду очень быстро. Фуру они обогнали сами.
Вера посмотрела в боковое зеркало. Свет фар многотонника освещал салон их машины. Такое впечатление, что приклеилась к ним. Показалось? От нечего делать Вера начала наблюдать за огнями сзади.
- Слушай, Вадим, сзади фура за нами едет, тебе не кажется? - спросила Вера, ощутив в сердце неприятную тревогу.
- Конечно. Мы ее обогнали, теперь она едет за нами, - ответил Вадим, но и сам поглядывал в зеркало заднего вида. Он заметил ее сразу. Не хотел пугать жену.
- Нет. Она к нам приклеилась. Прибавь скорость, посмотрим, что делать будет, - Вера не отрывала глаз от зеркала.
Громадный грузовик устрашающе нависал над их маленькой машинкой. Если что, от них мокрого места не останется. Только зачем?
Вадим взглянул в зеркало и вдавил в пол педаль газа. Автомобиль рывком рванул вперед. Веру вжало в спинку сиденья, затылок уперся в подголовник. Через несколько секунд фура снова была на таком же расстоянии сзади. Фары так же слепили ярко, освещая салон машины.
- Мне не нравится это. И никого на дороге. Ни огонька. Куда все делись? – Вера уже не скрывала волнения, тревожно и неотрывно глядела в боковое зеркало.
Кроме огней сзади она уже ничего не замечала. Холодная, костлявая рука страха сдавила сердце, заставила его биться быстро и неровно.
Вадим гнал машину, а Вера вцепилась в ручку двери так, что костяшки пальцев побелели.
- Что ему от нас нужно? Почему он едет за нами? – спросила Вера, не ожидая ответа.
«Как в голливудском фильме. Только там дорога открытая, без деревьев по бокам», - подумал Вадим. Ему тоже было не по себе. Запоздало корил себя, что не послушал жену. Женщины, как известно, более внимательны к предчувствиям. «Сейчас поворот будет на боковую дорогу. Попробую оторваться», - сказал себе Вадим, увидев выхваченный фарами на обочине предупреждающий знак.
Вера, не отрываясь, смотрела в зеркало. А если бы посмотрела на Вадима, то увидела бы страх в его глазах и вздувшиеся желваки на сведенных скулах.
Сердце ныло от предчувствия беды. Радость испарилась. «Лучше бы дома сидели. Не знаешь что страшнее – ночью соревноваться с безумным водителем фуры, или скучать в душной квартире все праздники», - это было последнее, о чем подумала молодая женщина.
- Сейчас будет поворот, держись! – успел крикнуть Вадим и резко, чуть сбавив скорость, вывернул руль вправо.
Водитель фуры тоже видел указатель на поворот. На полной скорости он въехал в бок маленького автомобиля. Мощным ударом его снесло с трассы в кювет, куда он полетел, кувыркаясь и оставляя след из осколков от разбитых стекол. А фура пронеслась дальше, оставляя за собой облако пыли, выхлопные газы и мигнув фарами.
Вадим пришел в себя в гулкой тишине салона. Он почти не чувствовал боли. Только глаза застилала кровь из раны на голове. Несколько мгновений он вспоминал, что случилось. Страшный удар и вспышка боли, а дальше - темнота.
«Вера», - Вадим и с трудом повернул голову. Она завалилась набок, ремни не давали упасть, а голова лежала на краю дверцы, по которой струйками текла кровь из порезов торчащими осколками стекла. «Вера! Очнись!» – Вадим рукой тормошил ее за плечо. Удар пришелся на ее сторону автомобиля.
Вадим открыл дверцу машины, но каждое движение причиняло острую колющую боль в груди. Наверное, ребра сломаны. Еле удалось выбраться. Шатаясь, подошел к вдавленной внутрь дверце пассажирского сиденья. Ее заклинило. Превозмогая боль в боку и груди, он бил, дергал, пытаясь открыть.
Смахнул рукой кровь с лица, достал из кармана телефон. Работает, слава Богу, не разбился. Он позвонил в «скорую» и стал ждать.
Вадим сидел на молодой траве у разбитого автомобиля и беззвучно плакал, размазывая кровь вперемешку со слезами по щекам. Колотил кулаком по земле от бессилия и навалившегося неизбежностью горя.
«Скорая» приехала минут через сорок. Вера была мертва. Перелом шейных позвонков, внутреннее кровотечение.
В «скорой» всю дорогу смотрел на лицо жены. Он не дал его закрыть. В больнице ему обработали и зашили раны на голове, зафиксировали повязкой сломанные ребра. Оставили в палате до утра. Чтоб спал, вкололи снотворное и обезболивающее. Последней его мыслью было, что Веры больше нет…
На следующий день капитан полиции опрашивал Вадима об обстоятельствах аварии. Препараты мешали ясно думать. Вадима не очень волновало, что полицейский смотрит недоверчиво. Фуру никогда не найдут и искать не будут. Номер ее он видел, но не запомнил. «Вот бы стереть из памяти вчерашнюю ночь», - подумал про себя.
Продолжение следует