Я знаю точно, в какой позе они стоят у меня за спиной. Каким голосом произносят, что я много хуже усредненной версии человеческого существа. Кто-то стоит совсем далеко, а кто-то буквально вплотную, прижат ко мне, дышит в ухо своим обжигающим воздухом, вырывающимся изо рта.
Они повторяют мне, что я не становлюсь лучше ни на сантиметр, ни на килограмм, ни на ампер. Сдаюсь всегда в самом начале, не использую никаких возможностей. Ничего не могу и не хочу.
Толстая, ленивая, неинтересная. Бесперспективная.
Говорят, что строки мои пусты, слог крив, обложка тускла. Смысл даже днем не сыскать с огнем.
Они говорят, что они лучше меня, даже доказательства неоспоримые приводят, тычут ими в меня, усмехаются.
Их ушат подстерегает меня за каждым углом, в каждом знакомом и незнакомом лице я вижу его очертания.
Они правы, но не знают только одного: внутри меня самой сидит критик во много раз страшнее. Это его я боюсь больше собственной смерти.
Это он приходит ко мне каждую ночь.
Это он знает, куда больнее всего бить.
Это ему я безоговорочно верю.
Это в нем моя погибель, тут даже помощь посторонних не потребуется.
