Накануне очередного совещания по реализации ранее принятых решений для борьбы с распространением коронавируса с участием президента усилилась циркуляция слухов о всё-таки возможном введении режима чрезвычайной ситуации.
Называется даже конкретная дата — 14 мая и срок — две недели. Формально ситуация, кажется, этому благоприятствует. Четвёртый день подряд в стране выявляется более 10 тыс. новых инфицированных. Что может свидетельствовать как раз о том самом «срыве» в майские праздники, о недопустимости которого предупреждали и глава Роспотребнадзора и президент. Кстати, как заявил Дмитрий Песков, Анна Попова и мэр Москвы Сергей Собянин доложат сегодня Владимиру Путину о возможности снятия ограничений.
Правда, злые языки утверждают, что, к примеру, в Москве «срыв» имел искусственную природу: всё тот же Собянин пошёл на резкое повышение количества тестирований, что тут же вылилось в рост динамики заболеваемости.
В свою очередь, глава Роспотребнадзора Попова и министр здравоохранения Мурашко постарались погромче рассказать новые страшилки про коронавирус. Первая «порадовала» всех откровением о том, вирус передаётся по "водопроводу«(?), второй — что ограничения нельзя снимать, пока не появится вакцина. Говорят, что она появится через год, но вполне может и не появиться вовсе, либо будет недоступна большинству населения. Тогда получается, ограничения у нас навсегда?
Одним словом, почва для введения полноценного ЧС унавожена. Некоторые обозреватели видят в такой подготовке не только антиэпидемический, но и политический смысл. Утверждается, например, что это не только способ жёстко отреагировать на вольницу первой майской декады, но и что, возможно, главней) — вернуть населению потерянное ощущение способности федеральной власти контролировать обстановку. Об этом могут свидетельствовать проваленный во многом режим карантина и самоизоляции, серьёзные, а часто и неразрешимые трудности, которые испытывает медицина, доверие к власти у населения подорвано — оно уже часто не воспринимает всерьёз её решения и указания.
Есть только две сложности. Непонятно, во-первых, кто возьмёт на себя ответственность за реализацию «чрезвычайки». Во-вторых, оплатит ли бюджет успевшему обнищать населению и почти разорившемуся бизнесу ещё две недели бездействия?
Что касается первого вопроса, то с ним проще — в конце концов эту функцию на себя может взять МЧС при содействии Совбеза. А вот денег скорее всего не будет, как можно понять из сегодняшнего интервью «Ведомостям» министра финансов Антона Силуанова — он считает, что уже осуществлённая поддержка гражданам и бизнесу вполне адекватна, а «вертолётных» денег у государства, старающегося «жить по средствам», нет.
Такие заявления могут означать только одно — если ЧС будет, оно не решит, а лишь усугубит текущие проблемы страны. В том числе — политические. Даже если ЧС станет не «актом устрашения» для населения и зарвавшихся региональных властей. Существуют большие сомнения в желании и возможности президента вернуть коронавирусную повестку на федеральный уровень в полном объёме: со всеми накопившимися издержками и негативом.
Кстати, сегодня КоммерсанттЪ обнародовал слова президента НИИ неотложной детской хирургии и травматологии Леонида Рошаля о том, что ещё возможное введение режима ЧС обсуждалось ещё прошлым летом на закрытых совещаниях.
Готовность российского здравоохранения к оказанию медицинской помощи при массовом поступлении пострадавших обсуждалась летом прошлого года на закрытом совещании с участием представителей Минздрава, МЧС и Минобороны, рассказал «Коммерсанту» президент НИИ неотложной детской хирургии и травматологии Леонид Рошаль.
Он сообщил, что совещание состоялось в июне на базе ОНФ. По его итогам был сделан общий вывод: «К оказанию массовой помощи населению страны мы не готовы. Оптимизация здравоохранения с сокращением кадров и медицинских учреждений также внесла свою лепту».
По словам Рошаля, это было первое в России общественное обсуждение проблемы: «Если бы мы успели это сделать, то сейчас нам было бы легче. Не успели. Мы провели эту встречу в закрытом режиме, а нужно было, вероятно, кричать во всю глотку».