Я — психолог, и в своей практике очень часто встречаюсь с различной психосоматической проблематикой. Обычно ко мне приходят люди, изрядно измученные проявлениями различных телесных недугов, уставшие от долгих поисков причин и вариантов решения своих проблем. Обращение к психологу - чаще всего, мера «крайняя», когда все другие способы уже испробованы и не дали результатов. Но даже в случае многолетнего изнуряющего сосуществования с симптомом, всегда есть возможность найти выход и значительно улучшить качество жизни.
Важно помнить, что работа с психологом не исключает, а тем более не заменяет традиционного медицинского лечения. Но может стать важным дополнительным средством помощи в ситуации любого соматического заболевания.
Молодой человек 27 лет обратился ко мне по поводу диагностированной у него бронхиальной астмы атипичной формы течения. В его случае астматический приступ протекал не с затрудненным выдохом, что обычно бывает при этом заболевании, а с осложненным вдохом. Нетипичная для болезни симптоматика не помешала врачам поставить ему диагноз и назначить длительное курсовое лечение со всеми вытекающими ограничениями.
Следование жестким правилам, продиктованным диагнозом, оказало большое влияние на процесс взросления и социальной адаптации молодого и в остальном совершенного здорового парня. Пожизненное освобождение от занятий физкультурой и спортом, запрет на участие в подвижных играх, походах, вылазках, вечеринках и прочих молодежных активностях довольно скоро лишило мальчика друзей, а вынужденное избегающее поведение стало привычным. Отсутствие физической активности и гиперопека со стороны тревожащихся о здоровье единственного сына родителей наращивали огромное внутреннее напряжение, в связи с чем периодичность и длительность приступов нарастали в геометрической прогрессии.
В ходе терапии молодой человек вспомнил, как его отец мучился приступами одышки, когда он сам был маленьким ребенком. Мальчик был ужасно напуган, наблюдая за страданиями отца. И в то же время видел, как привычно недовольная и критикующая мать меняла свое поведение на противоположное, стоило отцу слечь с приступом. Все в доме затихало — разговоры велись исключительно шепотом, никто не совершал резких движений, не включал телевизор, чтобы только не потревожить больного папу, который подолгу сипел и хрипел в комнате с зашторенными окнами. А самое главное, в доме стихали громкие скандалы, обычно случавшиеся по несколько раз на дню. Папа получал, наконец, желанное тепло, заботу, поддержку от жены и даже ее матери, которая тоже жила с ними в одной квартире.
Подобные заимствованные семейные сценарии — явление часто встречающееся в психосоматике. Оно получило название выученной беспомощности. К счастью, это поддается успешной коррекции в работе с психологом. Сам факт осознания наличия у себя подобной патологической реакции на стрессовую ситуацию помогает самостоятельно купировать ее развитие уже в самом начале. А использование различных техник мышечной и эмоциональной разрядки и вовсе предупреждает, так как в ней пропадает всякая необходимость.
Я привела в пример случай астматических приступов, так органы дыхания непосредственным образом связаны с проявлениями эмоций. Кстати, именно поэтому различные дыхательные техники отлично помогают отрегулировать эмоциональное состояние.
В рассказанном мной случае, речь идет, скорее, о гипервентиляционном синдроме, а не о классической бронхиальной астме. Здесь же возникает и проблема медицинской гипердиагностики, некорректно назначенного лечения, социальной дезадаптации пациента.
Призываю вас внимательно относиться к диагнозам, выставленным вам и вашим детям, перепроверять их, обращаться за альтернативным мнением других врачей. И не пренебрегать помощью специалистов по работе с психосоматической проблематикой. Особенно в случае каких-то нетипичных проявлений болезни.
Психолог Елена Ванина
