Безмен вышел из темноты подъезда. В намытых окнах первого этажа жмурился кот, в клумбах заботливо обрезала кусты смородины глухонемая соседка. Валя почтительно ей кивнул, достал из кармана расчёску, резко дунул на зубцы и уложил волосы на пробор.
Позади, нахально дребезжа велосипедным звонком, в бесформенной синей кепке «Речфлот» лихо остановился соседский пацан Витька. На груди сырой футболки тяжело свисал круглый значок «Олимпиада 80», колено кровоточило свежей ссадиной, к багажнику была привязана авоська с грязным эмалированным бидоном.
Витьку послали за молоком ещё утром, но хрустальные брызги поливальных машин внесли существенные комментарии в семейный кодекс. Ничтоже сумняшеся, поправки «на перегонкИ» были приняты большинством внутренних голосов. Дома «помощничка» ждала ременнАя передача о вреде распи*дяйства, поэтому он особо не спешил, хотя жрать хотелось по-скотски.
- Дядь Валь, а время скока? - спросил Витька прищурив от солнца глаз.
- С каких пор для тебя этот вопрос стал значимым? - усмехнулся Безмен, вскинув запястье сунул пожелтевший циферблат «Луча» под нос Витьке.
- Вы на остановку? Давайте провожу! - настойчиво пытался навязать себя в угоду пацан.
- А взамен, я так понимаю, тебе потребуется моя защита как свидетеля, так? - Валя нагнулся и посмотрел Витьке прямо в глаза.
- Нууу, просто скажете, что я с Вами был! - оживился Витька, посчитав проблему с алиби решённой.
- А где мы с тобой встретились?
- У...дома.
- Логично. Куда я шёл? - грозно спросил Валька.
- Нннннеее знаю... - пацан растерянно зарябил глазами как старый ламповый телевизор.
- Горим, Витька. Ты должен точно знать куда я направлялся. Иначе бы зачем тебе со мной?! Интерес какой?! - продолжал разбивать французскую защиту Безмен.
- Что мне родителям сказать..? - фиктивно всхлипывая канючил Витёк.
- Скажи, что помогал птицам мебель в скворечнике переставлять.
Безмену нравился мальчишка, так как происходил, как и сам Валька в детстве, из сословия «непутёвых». Его не ставили в пример другим детям и на вопрос «Ну, а твой то как?» родители отрешённо махали рукой. Даже семейные фото были редкими и хвастать ими из серванта было стыдно. Витька, ни секунды не мог потратить впустую попадая в новую для него локацию. Приходя в фотоателье для торжественного снимка он стремительно успевал превратить белую рубаху в рубище , разнести в хлам нехитрый реквизит мастерской и свернуть кровь старому фотографу поисками «птички» под ширмой.
Хотели было отдать его в музыкальную школу, но приобретать пианино было накладно, а пел Витька как цирковой тюлень за селёдку. Карандаши у него заканчивались ещё при заточке, ручки сгрызались на стадии переживательного обдумывания экспозиции, футбольные мячи виртуозно сквозили соседские окна, а выклянченный на Новый год хомяк сдох на третий день в страшных судорогах от переедания.
- Здравствуй, Валентин! - донёсся резкий женский голос с балкона, - подержи этого поросёнка, я сейчас спущусь!
- Вот что, ВиктОр, расскажи лучше правду, получи по заднице, а когда будешь стоять в углу придумай несколько историй. На будущее. Первую можешь начать со спасения кота из Яузы. Хотя, - нет, ты не «молодая гвардия», за такой подвиг в мирное время тебя самого сошлют в деревню крапиву заготавливать.
Безмен надвинул кепку на глаза пацану:
- Выше нос, голошмыга! Все твои победы ещё впереди! - Валя снял часы с руки и отдав их Витьке побежал навстречу звенящему трамваю.