Продолжение, начало здесь
Пока Коля Корзинин с коллегами осваивали ресторанную ниву, Никиту Зайцева бросало из ресторанов на советскую эстраду и обратно. То он, по слухам, играл у популярной певицы Таисии Калинченко, то я его застукал в плавучем ресторане «Корвет», где Никита под восторженные вскрики собравшихся воспроизводил чувственные гитарные партии из мировых рок-хитов, которые за «карася» исполнял ансамбль. Это, кажется, уже начались 80-е. Никита, конечно, был музыкантом более высокого полета, чем Николай. Но Корзинин еще и сочинял песни. А на гитаре играл слабо – поэтому у него вечно получалась тональность G, в лучшем случает D. Никита же, как техничный и пронзительный инструменталист, сразу приглашался на более богатую работу. Но после Коли остались песни – классика русской рок-музыки. Никита записал множество инструментальных партий в разных группах, но был все-таки героем эпизода. Однако, про него больше рассказывали разных смешных историй.
Напились как-то Никита и Андрей «Худой» Васильев после концерта ДДТ в Воронеже. Утром посмотрели на себя в зеркало гостиничного шкафа и опухшие лица не понравились. Взяли и выкинули шкаф в окно. А под окнами как раз проезжала машина болгарского посла…
Группа ДДТ возвращается из США и после взвешивания багажа выясняется значительный перегруз. Оплачивать дополнительный багаж денег нет, а оставлять на чужбине кровью и потом заработанное невозможно. Номер с прославленной группой типа «родина, еду я на родину» не проходит, представитель «Аэрофлота» отказывает в грубой форме. Тогда отправляется Никита. Музыканты видят, как он берет под руку авиационного начальника и что-то ему долго говорит. Они прогуливаются туда и обратно. Дэдэтэшники замерли. В результате начальник разрешает перегруз везти даром…
* * *
Пришло время процитировать себя, текст романа «Кайф»:
«Никитка закайфовал серьезно и сел на кокнар (наркотический напиток, отвар или настой из маковых головок), а теперь вот — на полтора года. Он был уже на кокнаре, когда его пригласили в Москву работать в известном, маститом рок-профоркестре. Там здорово поиграл на скрипке и гитаре, вернувшись после в Ленинград с короткой славой и без единого гроша. Мне показывал при встрече венгерский музыкальный журнал, на обложке которого он красовался в полный рост с „Телекастером“ наперевес. Внизу обложки помещалась небольшая фотография „Лед Зеппелин“. Никитка не мог выполнить каких-то норм по плетению сетей, но сторожа узнали о былом сотрудничестве со Стасом Наминым в «Цветах» и с сетей сняли».
Никита Зайцев отбыл срок по статье 224 УК РСФСР. Незаконное изготовление, приобретение, хранение, перевозка или пересылка наркотических средств без цели сбыта наказывались лишением свободы на срок до трех лет. Никита получил чуть меньше. Торчал он всегда и на всем: «стекло», «ханка», гашиш, «марцефаль».
Выйдя на волю, Никита приехал ко мне вместе с Колей и Витей Ковалевым. Мы решили сыграть вместе. 1 апреля 1987 года в ДК Железнодорожников случился блистательный «кам-бэк» на «Дне рождении рок-н-ролла». Толпа вопила. И, казалось, сценическая слава наша начнется снова. Но пассионарный Юра Шевчук увел Никитку в ДДТ и с «Санкт-Петербургом» он играл фрагментарно. На V фестивале Ленинградского Рок-клуба во Дворце молодежи в составе «Санкт-Петербурга» Зайцев, гад, вышел на сцену и за академический час концертного отделения три раза рвал струны на гитаре. Никита Лызлов бегал за сценой, менял их, энергетика сценичной подачи разрушалась, выступление получилось кривым. Перед нами выступал Башлачев, а после нас «Кино». Тут не разгильдяйничать следовало, а наоборот.
Шевчук, кстати, следил за дисциплиной. Много позже, Никита рассказывал, как вылетел из ДДТ. «Мы репетировали накануне. Юра страстно объяснял, все что-то придумывали. На следующий день встретились снова. А моя голова большую часть времени была заполнена мыслями о кайфе и я все забыл. Юлианыч – ну, повторим вчерашнее, а я ему – напомни мотивчик… ЮЮ застонал, закричал – я тут страдаю, пишу, а он – мотивчик!.. Выгнал меня тогда в очередной раз… Или в съемках клипа на песню «Последняя осень». Съемка в Калининграде на берегу моря. Я меня в голове одна мысль – когда привезут герыча. Все время на дорогу смотрел…»
Никита, с его слов, подсадил в 1990 году половину нью-йоркского Гарлема на «марцефаль». Приехав в Нью-Йорк, спокойно купил в аптеке эфедрин гидрохлорид в кристаллах, граммов сто. Нашел в русской аптеке на Брайтон Бич все необходимые ингредиенты — там продавались любые русские лекарства советской эпохи. Никита купил марганцовку и поехал готовить «марцефаль» в Гарлем. «Марцефаль» — коллективный наркотик. Хотелось со всеми вокруг поделиться радостью. Никита пригласил соседа — красивого, большого негра. Приняли вместе. Негр попросил ещё. Затем привел товарища. У Никиты было много, «кайфовал» весь Гарлем. Добрый русский угощал всех мистическим кайфом, лучше амфетаминов и кокса. Долго еще помнили местные жители русского чудака...
Продолжение следует...
- Предыдущая глава
- В начало
- Спасибо, что дочитали до конца! Если тебе, читатель, нравится, жми палец вверх, делись с друзьями и подписывайся на мой канал!
Встретиться с автором и задать вопросы лично вы всегда можете в музее "Реалии Русского Рока", все подробности здесь. Также, если захотите, вы можете поддержать музей любым пожертвованием. Благодарю всех друзей Музея!