Оглавление
Валера Комарский, известный в определенных кругах под кличкой «Комар», неспешно прогуливался по тихим, безлюдным аллеям городского парка. Чуть в стороне на почтительном отдалении от него медленно двигались охранники. Врач посоветовал как можно больше двигаться и Валера, который очень трепетно относился к своему, пошатнувшемуся с возрастом, здоровью, тщательно соблюдал его рекомендации. Яркая, насыщенная сочными летними красками, зелень деревьев и аккуратно подстриженных газонов, радовала глаз. «Комар» с удовольствием вдыхал полной грудью свежий, утренний воздух, любуясь на воркующих голубей, лениво вышагивающих по потрескавшемуся асфальту в районе старого фонтана.
Но к его огромному сожалению, утренняя идиллия была беспардонно нарушена появлением человека, вышедшего из тени раскидистого дерева, растущего на пути следования «Комара». Охрана дёрнулась вперёд, чтобы в случае опасности успеть прикрыть своего шефа, но Валера остановил их лёгким движением руки. Человек был ему хорошо знаком и более того, последние несколько лет, Комарский даже платил ему, за всяческие не совсем законные услуги. Они даже немного подружились, хотя это была довольно странная дружба — старый наркодилер «Комар» и оперуполномоченный городского отдела уголовного розыска Сировкин.
- Здравствуй, Геночка, - учтиво расшаркался «Комар», старательно изображая из себя пожилого, уставшего, беспомощного человека, - Я смотрю, ты тоже решил прогуляться по парку с утра пораньше. Молодец. Рад, что наши сотрудники полиции могут позволить себе выкроить немного времени, чтобы насладиться природой и отдохнуть от служебных дел.
- И тебе не хворать, Валера, - грубо ответил Сировкин, - Я хочу поговорить.
- Говори, Гена, ты же знаешь, я всегда открыт для разговора, только учти, пустой болтовни не люблю.
«Комар» небрежно махнул рукой и крепкие парни, охранявшие его, поспешно удалились в сторону, оставив их наедине.
- Так о чём ты хотел поговорить?
- Не хорошо ты поступаешь «Комар», ой не хорошо, - угрожающе протянул Сировкин, нацелив свой тяжёлый взгляд в переносицу старому бандиту.
- Что не так, Геночка? Ты о чём?
- Я о той партии наркоты, которую Краснов изъял в ночном клубе у ныне покойного Гриблина. Ты же мне клялся, что не имеешь отношения к этому товару.
- Так и есть, понятия не имею, у кого Сашенька «Грабля» её взял. Залётные, наверное, подогнали. Работают, видишь ли, на нашей территории. И куда только полиция смотрит, - притворно вздохнул Валера и удручающе покачал головой.
- Ты мне туфту не гони, - громко прошипел майор, - Хватит меня за дурака держать. Парулин в больничке раскололся, что наркотики продал ты… У меня возникает закономерный вопрос — где моя доля. Я для чего все эти годы крышевал твой грязный бизнес? Я привык получать свой процент с каждой сделки и твой «кидок» очень больно отозвался в моём нежном сердце. А потому, дорогой мой Комарик, за то, что хотел обмануть меня, заплатишь в два раза больше.
Валера молчал, внимательно рассматривая продажного мента, и это ещё больше заводило Сировкина.
- Что, «Комар» не устоял перед соблазном? Слишком большая партия была, да? Если бы Краснов не накрыл бы этот ночной клуб, то я ни когда бы и не узнал об этой твоей сделке. Хитро. Я же на следующее утро, после шмона в клубе, приезжал к тебе. Спрашивал: «Валерочка, не твои ли наркотики изъял наш отдел этой ночью»? А ты мне что ответил? Помнишь? А я помню: «Нет, Гена, понятия не имею, чей это «товар». Не моих рук дело».
- Что ты хочешь? - довольно невежливо перебил его «Комар», справедливо расценив, что притворяться далее смысла нет, - Да это был мой «товар», но платить я тебя за него не буду. Ты и так неплохо кормился всё это время с моих рук, а вот толку от тебя было не много. Я бы с радостью имел бы дело с Красновым, но он, в отличие от тебя, не продажный. А жаль.
- Ты тут не хами, - взвился Сировкин, - Сейчас начальник городского уголовного розыска я! Мне хватит одного дня, чтобы закрыть тебя.
- Рад бы в рай, да грехи не пускают, - парировал старый бандит, - Это, Геночка, про тебя. Только попробуй взглянуть косо в мою сторону, я сделаю всё, чтобы на «белый свет» вылезли все твои заслуги. И ты, между прочим, пока ещё не начальник розыска, а лишь «исполняющий обязанности» и не факт что тебя назначат. В конце концов, есть у вас более достойные сотрудники, тот же Куприянов, например. А ты как был неумехой, так им и остался. У тебя только один шанс начальником стать — поймать этого неизвестного маньяка, но уверен, что ты и с этим не справишься.
- А это мы посмотрим, - зло проговорил Сировкин, - Моё руководство высоко оценит мои заслуги, если я первым делом накрою одного крупного городского наркодилера, а затем и маньяка поймаю. Кстати, возможно этот наркодилер и есть тот маньяк, что людей убивает. А «Комар»? Колись, ты же дружков своих мочишь, под видом маньяка. Буковки всякие рисуешь, чтобы люди реально думали, что псих-убийца в городе завёлся.
- А ты, Гена, и в самом деле дурак, как я погляжу. Но ты попробуй, постарайся меня взять, посмотрим, что из этого выйдет.
Двое мужчин на узкой дорожке городского парка сверлили друг друга тяжёлыми взглядами, даже не подозревая, что в этот самый момент их лица внимательно изучает в оптический прицел неизвестный снайпер. Он переводил оптику винтовки с Сировкина на Комарского, читая по губам то, о чём говорили собеседники. Разговор складывался интересный. Снайпер убрал палец со спускового крючка, ну что же, дело принимает весьма интересный оборот.
* * *
Вениамин Которников по кличке «Конь» сидел за деревянным столом в обычной, дешёвой забегаловке, гордо именуемой «Пивной паб № 1». При этом весь вид этого «пивняка» ни как не вязался с высокомерным, чисто британским названием питейного заведения. Густой сигаретный дым не выветривался с помещения, хамовитый персонал, разливал своим завсегдатаям мерзкое пойло, лишь отдалённо напоминающее вкус пива. К сожалению, судьба сложилась так, что «Конь» мог позволить себе только подобные «забегаловки». Вот и сейчас он сидел перед опорожнённой кружкой, судорожно соображая, как упросить дородную и нагловатую продавщицу со знойным именем Нонна, налить ему пива в долг. Вариантов была уйма, начиная от признаний в вечной любви к Нонне, заканчивая попытками разжалобить её же историей о разбитом сердце старого лагерного бандита Вени «Коня». И только в голове начал вырисовываться вменяемый план, как размышления были бесцеремонно прерваны внезапно появившимся в зале мужчиной. Он радостно хлопнул Веню по плечу и громко заорал на весь доморощенный "Паб":
- «Коняра», ты ли это? Братское сердце! Вот так встреча, - а затем, не обращая ни какого внимания на растерянного Веню, крикнул Нонне, - Красотка, а ну неси сюда «флакон», я друга встретил!