Во все времена люди бывали безжалостными. В некоторых случаях можно понять, что их на это толкало. Но человеческие жертвоприношения?.. Современный человек не может в принципе понять, кого и за что, поскольку не понимает побудительных мотивов.
Но эта практика не может быть случайной, поскольку охват мира такими актами был воистину глобален! Людей отдавали «в жертву» китайцы, скифы, галлы, норманны, и десятки прочих народов. В Финикии отправляли к праотцам детей из знатных семей, дабы умилостивить бога Баала. В Египте бросали в Нил девушек с целью получения от божества полноводного разлива. В Америке ацтеки приносили в жертву богине Тласольтеотль мужчин – чтобы быстрее миновали годы засухи, а сапотеки Монте-Альбана не жалели даже младенцев, лишь бы бог дождя Косихо-Питао дал урожай. В Африке, бывало, счёт жертв в один раз шёл на десятки. Ради милости богов лишали жизни своих сородичей первобытные племена Океании, Австралии и Новой Зеландии – хотя они жили весьма далеко от материков, и не могли бы «скопировать» тамошние обычаи.
В Киеве по жребию избирали, кто пойдёт на жертву кумирам.
Если все народы планеты, не сговариваясь, начинали свои религиозные истории с этого, то должно было быть что-то общее, заставлявшее их всех так поступать.
Такое общее, конечно, есть: это повсеместная вера в то, что мир делится на две части: на мир явный – Явь, где живём мы, и мир потусторонний – Навь, куда попадают души после смерти, и где обитают боги. А самое интересное, абсолютно все народы планеты Земля имели зримое доказательство такого деления!
Навь, сон человечества
Живёт первобытный человек, и видит наяву природу и свою родню, а во сне… А во сне он встречается со своими предками, или видит самого себя в неведомых местах, ведущим разговоры с неведомо кем… Как ему это понимать?
Первобытный человек, где бы он ни жил, естественно делал вывод: помимо явного мира есть ещё один, мир не тел, но духов. Ведь его тело, как подтверждает вся родня, во время сна лежало на полу хижины (вигвама, шалаша). Кто же был в том «мире»? Душа.
С развитием речи это становилось всеобщим знанием. Никому из членов общины и в голову не могло придти, что сон есть индивидуальная галлюцинация каждого из них. Если бы кто-то попытался объяснять, что всему виной электрохимические процессы на нейронах головного мозга, его бы не поняли. Нет, общим было мнение, что каждый попадает в некий общий для всех потусторонний, нездешний мир, в Навь.
В сказаниях всех народов «тот свет» – Навь – это именно свет. Там есть поля и луга; стоят дома, где обитают души умерших. Всё, как здесь. Необычность «того света» в том, что живут в нём вечно, и не только души людей, но и боги, которые души – изначально. И эти боги повелевают стихиями! Так «Тот свет» стал непременным элементом всех религий. В любых уголках планеты мифы о нём, различаясь в деталях, в целом схожи.
Герои кельтского эпоса многократно бывали там; греческий Эней спустился туда, пересёк реку мёртвых, бросил подачку трёхглавому сторожевому псу Церберу и побеседовал с тенью своего покойного отца; Орфей похищал оттуда свою любимую Эвридику. Китайский «тот свет» заселён духами едва ли не плотнее самого Китая. Русские богатыри отправлялись туда, чтобы победить подземных змеев и освободить светлых духов от притеснений. Отголоски тех битв со змеями и драконами мы встречаем в рыцарских временах средневековой Европы…
А в самую седую старину люди делали практический вывод из этого знания: в случае трудностей (засуха, наводнение, неурожай, мор) надо сообщать о бедствии богам, специально послав к ним чью-то душу. Например, пообщаться с богами может жрец, войдя в транс – фактически, в сон. А если у него не получается? Как наверняка освободить душу для такого важного дела? Только лишив человека жизни.
Но «научная мысль» не стояла на месте, и позже возникла иная идея, будто боги сами насылают несчастья на людей за их грехи. И стали выбирать, в частности, в Греции, специального «фармака», вроде «козла отпущения». В случае эпидемии или голода объявляли его ответственным за все грехи народа, и отправляли к богу, чтобы бог смилостивился и прекратил бы эпидемию. Бывало, во избежание будущих несчастий приносили жертву «впрок»,: так, западные европейцы времён Крестовых походов замуровывали людей в стены строящихся зданий, даже церквей (Домский собор в Риге, например); закапывали под крепостные башни младенцев живьём.
Забвение истоков мифа
Со временем люди разобрались, что сны каждого индивидуума к общему для всех «Тому свету» отношения не имеют. Жертвоприношения ради отправки «курьера к богу» приобрели ритуальный характер: подлинные истоки обычая уже не помнили. Да и самих богов стали перетаскивать из Нави в Явь, «поселяя» их на реальных горах, вроде Олимпа.
Но старые стереотипы держались крепко. Это обычное дело: если люди что-нибудь выучили, то просто так от выученного не откажутся: «Раз отцы и деды делали, то и нам надо». Кое-где стали «жертвовать» преступников или пленных. В Северной Европе ритуально резали рабов; есть сообщения, что христианские купцы завозили из-за границы рабов, купленных специально для этих целей. Кое-где «жертвовали» соломенных кукол.
Казнь Иисуса стала, по сути, жертвоприношением за грехи человечества, сделавшей для Европы и Азии неактуальной практику человеческих жертв вообще. Причины и правила «священноубийств» постепенно забылись, и к нашим дням осталось одно только недоумение.
Дмитрий КАЛЮЖНЫЙ.
Илл.: Орфей во сне своём спасает Эвридику. Фрагмент картины Камиля Коро «Орфей, ведущий Эвридику из царства теней», 1861.
Канал «А мы и не знали»: об Истории идей, Истории людей, и Истории вещей. Кликнув название канала, получите полный список статей.
Другие статьи рубрики «История идей»:
Разгадка: зачем в Евангелиях дано родословие Иосифа, который Иисусу вовсе не отец
Год рождения Христа определить невозможно
Надежды нет: на Марсе никогда не было жизни