По социологическим опросам в настоящее время, самыми счастливыми считают себя одинокие женщины 45+, обеспеченные, состоявшиеся в профессии, занимающимися любимым делом, которое приносит неплохой доход, в том числе позволяющий какое-нибудь дорогостоящее хобби. Не то, чтобы «чайлд фри», но спокойно, относятся к чужим детям и не пускают слюни по поводу «теплого комочка, сопящего у груди». И да, совершенно не считают себя ущербными по поводу одиночества. Правда это все при одном допущении, если никто из близких им не мешает быть счастливыми, давя социальными догмами о «женском настоящем» предназначении, которое диктует общество и государство. Кстати, Петербург, на мой взгляд, это город вот таких одиноких женщин, которые самодостаточны и живут, в общем то в свое удовольствие. В отличие от московских, более нацеленных на создание семьи в лучших традициях домостроя. Наверное, из-за разницы в климате.
Среди всех моих многочисленных тетушек, пожалуй, только младшая сестра моего отца Маргарита Николаевна совершенно не тяготилась своим одиноким статусом и, в отличие от других незамужних сестер не стремилась свить гнездо, нарожать детей и вообще погрязнуть в этом быту. Все обвинения, типа – «попрыгунья стрекоза лето красное пропела», легко отскакивали от нее, не задерживаясь ни на красивой одежде, ни в извилинах мозга. Допускаю, что подобная легкость бытия, совершенно в ту пору несвоевременная, была еще продиктована «алиби» - в юности перенесла очень серьезную операцию по установке искусственного клапана сердца. Поэтому, в случае очередной атаки со стороны многочисленной корейской родни, требующей немедленно выйти замуж, ибо быть одной неприлично – прикидывалась страшно больной и не отсвечивала, пока не отставали.
Тетушка была художником-оформителем, в руках у нее спорилось абсолютно всё. Прекрасно готовила, шила, вышивала, вязала, мастерила кукол, лепила керамику. Одевалась со вкусом и не стандартно. В эпоху дефицита изобретала из того что было, не боясь экспериментов и испортить вещи. Так, к примеру, она пыталась из югославского светлого плаща сшить модные брюки-бананы, в результате получилась очень остромодная шляпа-панама, которую донашивала уже я.
Тетя Рита читала запоем, всегда была интересным собеседником, хороводилась с любовниками моложе ее на 8-10 лет, а главное, никогда не погрязала в быту. Жила одним днем и все свои достаточно приличные заработки спускала в один момент, никогда не копила. Могла на всю зарплату купить серебряный поднос, скормить ведро первой клубники, предназначенное для варенья на зиму своим подругам, наконец попасть в больницу с остромодным зеленым маникюром, доводя врачих до белого каленья одним только видом ногтей. И да, чего греха таить, остальные родственницы ей завидовали, потому как, будучи одинокой, она смела легко и беззаботно жить и быть счастливой.
Не было между нами теплых откровенных отношений, будучи прекрасным человеком, теткой она была так себе и к племянницам относилась крайне легкомысленно, как к подружкам, совершенно не учитывая разницу в возрасте. Умерла рано, мирно уснув во сне. Пролетела яркой кометой по небосводу нашей жизни, оставив лично мне на память рецепт картофельных оладий, лейтмотив – никогда не жалей вещи, они тебя все-равно переживут, фамильные вилки и легенду в моей школе о самом красивом оформленном зале за всю историю на мой выпускной вечер.
Изначально рецепт дранников очень прост и демократичен, натереть картошку на крупной терке, отжать крахмал, яйцо, ложка муки. Я с годами видоизменила рецепт, тру картошку на средней терке, хорошо отжимаю, чтобы оладьи были белыми, а не серыми, потом тру лук, иногда добавляю тертый кабачок, можно выдавить пару зубчиков чеснока. Яйцо, молоко или сливки и муки, чтобы тесто получилось, как на обычные оладьи. Солим, перчим по вкусу. Если подразумевается соленая рыбка в прикуску, то лучше соли совсем чуть-чуть.
Это нехитрое блюдо едят с удовольствием все, и дети, и взрослые. Их даже ел мой отец, который после армии и студенческих лет в общежитии картошку на дух не переносил. А как вкусно хрустит корочка! Да со сладким чаем….