Металлические ворота со страшным лязгом закрылись за моей спиной. Я вздрогнула, но не оглянулась. Говорят, есть такая примета: оглянешься- вернешься назад. А я не хочу сюда возвращаться! Здесь прошли мои последние двадцать пять лет, можно сказать,лучшие годы жизни. От звонка до звонка. Никто не встречает меня у ворот: некому. Родных у меня никогда не было, я детдомовская, а муж...
Из- за него я и попала в эту передрягу. Любила без памяти, взяла всю вину на себя. Его вину! Как меня уговаривала женщина- адвокат рассказать всю правду! Но я решила пожертвовать собой во имя любви. Нет, не так, во имя ЛЮБВИ! Никто не ожидал, что дадут максимальный срок. Муж на свиданиях уверял меня, что у него там все схвачено, надо только чуть-чуть выдержать. Я поверила, дура! На суде он был свидетелем. Заметила, как он переглядывался с этой крашеной блондинкой на заднем ряду. Может, это у них давно было, я просто идеализировала наш брак? Когда до меня дошла истина, было уже все равно! Какая разница, где провести остаток дней, если тебя предал единственный любимый человек? Хорошо, что у нас не было детей. Было бы еще больней.
Помню, как сокамерницы принялись издеваться надо мной, но мне было все равно. Я была абсолютно безучастна и только ждала, чтобы меня скорее убили. Все равно- как. Но оказалось, что и в этом социуме, на дне, есть нормальные душевные люди. Пусть и убийцы. Я сблизилась с двумя женщинами, которые взяли надо мной «шефство», спасли от суицида и внесли смысл в мое существование. Обе мои "подруги по несчастью" убили своих садистов-мужей.
Не буду вспоминать нудные тюремные будни, работу в швейной мастерской и короткие прогулки. Тюремная баланда... Даже от одного слова тошнит. Но были и минуты общения. Когда первый шок прошел, оказалось, что я умею отлично рассказывать истории, мои сокамерницы слушали меня, затаив дыхание. После нескольких лет «сидения» я, как старожил, стала пользоваться непререкаемым авторитетом. Меня очень уважали не только заключенные, но и надзирательницы, потому что я помогала им разруливать взрывоопасные ситуации. Ко мне приклеилась кличка: «Бабуля». А мне ведь было тогда только сорок лет...
Через некоторое время я начала писать. Когда же это произошло? Да, началось с того, что одна девчонка, новенькая, попросила написать письмо домой. Сама она все время плакала. Написала, приукрасила, прочитала. Всем очень понравилось. Женщины сказали: «Пиши!» А почему бы и нет? Я до этого выслушала такое количество разных тюремных историй, что у меня этого хватило на несколько книг. Сначала я писала простым карандашом, потому что ручку иметь в камере было «не положено». Потом мне выделили время и место в каморке рядом с надзирательницей, под её присмотром, выдали бумагу и ручку. Я писала истории, а по вечерам читала их вслух, доводя слушательниц до слез.
Однажды мне устроили свидание с женщиной. Она оказалась редактором большого издательства. Как уж к ней попали мои каракули, одному Богу ведомо. Но она решила познакомиться с автором. Мы поговорили. Она сказала, что сейчас тюремная тематика в тренде, и предложила создать серию рассказов. Мы придумали литературный псевдоним, и моя новая жизнь началась!
Представляете себе, что чувствует автор, который находится в процессе созидания? Если вы никогда не сочиняли, вам будет трудно это понять! Скажу, что моя Муза не покидала меня 24 часа в сутки, даже когда я работала в мастерской, гуляла во дворе или ела что-то в столовой. От рассказов я перешла к романам. В тюрьму приносили все выпуски моих книг. Тюремная библиотека регулярно ими пополнялась. Гонорары ( и неплохие!) складывались на мой счет. Я даже смогла оплатить ремонт внутренних помещений и столовой, сделав благотворительное пожертвование через третьих лиц.
Спасибо моему редактору Анне, которая стала моим самым близким другом «на воле», если бы не она...
К сожалению, несколько лет тому назад её не стало. Но издательство не расторгло договор, хотя без Анны все уже не так интересно.
Теперь я на свободе! Это настоящая свобода, потому что у меня есть все, что необходимо для жизни. Я могу назвать себя состоятельной женщиной, благодаря усилиям моих душеприказчиков.
Небо! Такого не увидишь за тюремными стенами, нет обзора. Вот чего мне по-настоящему не хватало!
Будем знакомы: в книжном мире меня зовут Маргарита Кромм. Да, да, все эти бестселлеры о тюремной жизни, которыми забиты все книжные магазины, написаны мной. Да здравствует СВОБОДА! (Хотя, о чем это я? Я всегда была свободной, даже в тюрьме. Особенно в тюрьме)
PS . Надеюсь, понятно, что абсолютно все здесь является плодом моей фантазии. Не ищите параллелей.
