Найти в Дзене
Книжный ковчег

"Обожжённые языки", составители Чак Паланик, Ричард Томас и Деннис Уидмайер

Чему сопротивляешься - остаётся К своему и чужому, непризнанному творчеству, мы относимся в лучшем случае бытово, в худшем - с налетом брезгливости и стыда за каждое слово, выбивающееся из стройного текста. Главная победа Чака Паланика, как составителя и покровителя этого сборника начинающих писателей, - введение. На сегодняшний день, это единственное в моей жизни введение к книге, которое пришлось не просто прочитать, но медленно переварить.
Должны ли вас впечатлить эти рассказы? Нет. "Кому не терпится себя порадовать, пусть посмотрит в зеркало", - говорит Чак. Некоторые истории проделывают гигантский путь от бумаги, на которой были напечатаны, до чьего-то сердца. "До конца жизни я - уже другой я - снова и снова буду возвращаться к этой книге, зная, что ещё не дочитал её до конца, потому что сам никогда не буду закончен. В итоге вы и я - мы полюбим её от первого слова до последнего. Эти рассказы, словно дюжина очков, откроют перед нами новые миры. От будущего поначалу всегда болит

Чему сопротивляешься - остаётся

К своему и чужому, непризнанному творчеству, мы относимся в лучшем случае бытово, в худшем - с налетом брезгливости и стыда за каждое слово, выбивающееся из стройного текста. Главная победа Чака Паланика, как составителя и покровителя этого сборника начинающих писателей, - введение. На сегодняшний день, это единственное в моей жизни введение к книге, которое пришлось не просто прочитать, но медленно переварить.

Должны ли вас впечатлить эти рассказы? Нет. "
Кому не терпится себя порадовать, пусть посмотрит в зеркало", - говорит Чак. Некоторые истории проделывают гигантский путь от бумаги, на которой были напечатаны, до чьего-то сердца. "До конца жизни я - уже другой я - снова и снова буду возвращаться к этой книге, зная, что ещё не дочитал её до конца, потому что сам никогда не буду закончен. В итоге вы и я - мы полюбим её от первого слова до последнего. Эти рассказы, словно дюжина очков, откроют перед нами новые миры. От будущего поначалу всегда болит голова."

Отнеситесь к сборнику, как к тетради стихов своего юношества. Сакральная вещь, правда? Полная догадок и неловкого баланса между пафосом и искренностью.

О чем должен быть текст,чтобы его признал Чак Паланик? Обязательно ли это слезливая история про вашу детскую психотравму? Чёрный юмор? Ледяной минимализм? Человек, который подарил миру раздвоение личности как концепцию социализации и отсутствие нижней челюсти как полное эротизма таинство, становится наставником для молодых писателей, чтобы они научились впечатлять читателя, травмировать его и навсегда пленить текстами.

Если вы думаете, что все эти люди упражнялись в пошлостях и шок-материале, чтобы соответствовать Чаку в его экспрессивности, то вы правы. Это они и делали. Добрая половина историй обнажает пылающие щёки своих авторов, пишущих с зудящей мыслью: "Это слишком смело даже для меня!".

Но помимо бравады книга располагает рассказами без шокирующего ядра. Рассказами, которые не работают на публику, не хотят вам понравиться. У них открытый конец. Богатый эмоциональный стержень, сложная система символов, по-настоящему близких только автору. Вот эти рассказы - именно их вы не поймёте и не одобрите сразу после прочтения. И именно они - спасибо большое - сделали книгу крохотным феноменом ощущения.

Вы вспомните каждого "не такого" персонажа через пару дней. Мимолетом, рефреном в мыслях. И это чувство купить будет нельзя. Оно вас шокирует.