Президиум ВС РФ утвердил Обзор судебной практики, связанной с COVID-19. В нём в частности рассматривается вопрос прямо касающийся ипотечных и иных заёмщиков.
Согласно указам президента России, с 30 марта по 11 мая 2020 года все дни объявлены нерабочими. В соответствии со ст. 193 Гражданского кодекса РФ, если последний день срока исполнения обязательства приходится на нерабочий день, то днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день. То есть, если в указанный период у заёмщика возникают обязательства по внесению ежемесячного платежа (а такое обязательно случится у всех, кто погашает кредит ежемесячными платежами), то по закону заёмщик может ничего не платить, а ждать окончания периода нерабочих дней. То есть фактически период с 30 марта по 11 мая можно считать чем-то вроде кредитных каникул. Это прямо следует из ГК РФ и указов президента.
Однако Верховный суд имеет на это счёт своё мнение. В Обзоре судебной практики он говорит, что объявленные президентом нерабочие дни, «относятся к числу мер, установленных в целях обеспечения санитарноэпидемиологического благополучия населения, …и не могут считаться нерабочими днями в смысле, придаваемом этому понятию ГК РФ».
Далее ВС РФ говорит, что установление нерабочих дней президентскими указами, не является основанием для переноса срока исполнения обязательства.
В том же Обзоре судебной практики рассматривается вопрос, можно ли считать установление режима самоизоляции обстоятельствами непреодолимой силы или основанием прекращения обязательств (в том числе, по кредитам). ВС РФ утверждает, что карантин как таковой нельзя считать форс-мажором. Однако если отсутствие необходимых средств вызвано установленными ограничительными мерами, в частности запретом определенной деятельности, то оно может быть признано основанием для освобождения от ответственности за неисполнение обязательств на основании статьи 401 ГК РФ.
«Освобождение от ответственности допустимо в случае, если разумный и осмотрительный участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать неблагоприятных финансовых последствий, вызванных ограничительными мерами (например, в случае значительного снижения размера прибыли по причине принудительного закрытия предприятия общественного питания для открытого посещения).» – говорится в Обзоре.