-Вы думаете, всегда будете такой красивой? -обижено сказал мужчина глядя в окно.- Лет этак - пять.. Вы поблекните, обветшаете, увяните. Ничего не останется.-
Ошибся. Прошло пятнадцать лет. Молодая, божественная, благоухающая - умерла. И ничего не осталось...
Иришка открыла дверь, в длинном вельветом халате, накинутым поверх пижамы, - так можно, - мельком заметила она.
Мы смущенно поцеловались легко прикасаясь щека к щеке.
Заметались по коридору в поисках, махровых отэльных тапочек.
Повесили пальто.
Ты покрыла себя вуалью "Аllure". Пушистая как облако, заколыхалась на кухню стала хлопотать у стола.
В квартире холодно, приглушенный свет, часы с боем, буфет с невыветренным запахом старины, тарелки, чашечки, серебро-все в разнобой. Каждый предмет загадочно притягивал прошлым. Подашь еду к которой сама не притронешься: спагетти в сливочном соусе и ветчиной, я съем. Очень сладкий десерт.
Будешь смотреть. -Вкусно?
Выпьешь кофе, я чай.
-Никогда не садись под лампами дневного света, они придают лицу мертвенно-бледный оттенок ,- зажигая свечу произнесла Ира. Волосы гладко убраны, брови дугой подведены как у Марлен Дитрих.
-Ты считаешь это невозможно?- слушаю даже не смею прерывать ее мысли.-Ептись,- неожиданно выругалась я даже опешила, -нога болит.-
Она часто стала жаловаться на боль в ноге, вначале думали подвернула.
Но по всей видимости в сосудах, зарождался смертоносный тромб.
-Я бы с удовольствием пообщалась,-отмахнувшись от боли,- ну хотя бы с Кончаловским, с Васильевым. Мне кажется с ними есть о чем поговорить. А вообще не хватает флирта. У нас с Вовкой! ЛюбоВ.-
Любов говорила она ударяя на "в".
Вовка- это ее муж. Человек Футляр. Темная фигура. Как будто всегда в углу. Отзеркаливая всех нас- остается не заметным.
Я ей верю про "Любов".
Не смотря на свою отстранённость, он плачет когда торжественный салют. Смеется до слез, вместе с женой, над анекдотичным. Поет бархатным голосом французские песни. Да и во все создал рай идеальных условий, абсолютного комфорта и стабильности.
-Но с ним уже не по кокетничать,- продолжала Иришка.- А я умею.-
И она эротично посмотрела на меня, слегка раскосыми глазами, используя формулу треугольника.
Я улыбнулась, покраснела от ее хулиганства.
- Кажется он ревнует, особенно когда выпью бокал вина. Мне нравятся большие мужчины, чтобы размер ноги не меньше 44, как у Довлатова.
Расскажет о том, что в "Дом Книги" поступили захватывающие сборники, какие то мемуары, опять купила дважды.
-Нужно заняться зарядкой, гулять, больше гулять...-задумчиво разглядывая, чашку перебирая в голове мысли, журчала Ирен. Девочки из царской семьи любили ходить по Дворцовому мосту, в любую погоду... Много времени проводили на улице простужая гувернанток. Вовка зовет в кино. Но лучше дома посмотреть "Даму с Камелиями", Грету Гарбо.
Ночью читала. Стильно одевалась. Вечерами выходила в антикварную лавку, в Иль де Боте, Стокман, ресторанчик.
Гранатовое кольцо. Нитка жемчуга. Шейный платок. (Шляпка, салат, скандал)...
Мне кажется перепутала Века. Общалась с современниками и в удовольствие проводила время: с Гумилевым, Ахматовой, Цветаевой. Она была вне Времени.
Перед смертью, в Казанском соборе: споткнулась, упала, ползая на коленях по мраморному полу, долго не могла встать. Никто не помог.
Сама. Смиренно приняла "принижение".
Ангел мой.
Подарила кольцо на мизинец извиняясь, что не бриллиант.
Тебе было страшно, но никто этого не понял.
Ты была в панике, но никто этого не заметил.
Ты с нами прощалась.
Моя хорошая. Милая.
Моя дорогая. Любимая.
Неуловимая. Непостижимая.
Иришка, Ирочка, Ирэн
Пусть Земля Тебе будет Пухом.
У Бога одна секунда, как тысяча лет.
Ты не в Раю. Ты с Богом мой Свет.
Душа твоя Вечная. В вечность летит.
Покою и Радости принадлежит.
Я встречусь с тобой. Попозже мой друг.
Спиралью закружим пространство Вокруг.
Посвящается Пашковской Ирине