В советских жилконторах были свои фонды служебной жилплощади. На этих квадратных метрах ЖЭКи селили своих работников. При соответствующей выслуге лет (в 80-е она составляла 20 лет) эта жилплощадь переходила сотруднику. Не приходилось стоять в общей очереди на квартиру.
Видимо, такое жилище и досталось Афоне после предыдущих жильцов. Сантехник — царь и бог в ЖЭКе, властелин труб и кранов. Кроме шуток, хороший специалист — находка для любой организации.
В Брагино, густонаселённом районе Ярославля, такие хрущёвки строили массово. Рядом памятники старины — церковь Николы Рубленого, Спасо-Преображенский монастырь. Сам же Афоня проживал на проспекте Дзержинского.
Общая планировка
По нормативам 1957 года такие маленькие квартиры должны были иметь не менее 16 кв. м. жилой площади. Непонятно, соблюдены ли эти нормативы в Брагино — кладовки я не увидел, а по плану она должна быть.
Оба окна квартиры выходят на одну сторону. Сложности с проветриванием неизбежны. Балкон, с которого Николай беседует с Федулом, невелик, но само его наличие — уже большое удобство.
Санузел совмещённый. После жизни в родительском доме на первой съёмной квартире я с удивлением обнаружил, что бывает и так. Жил один, трудностей не возникало, но если в семье больше двух человек, такой санузел не очень удобен.
Кухня типовая, прямоугольная. Трудно сказать, какие съёмки велись в доме, а какие — в выстроенных декорациях, но впечатление такое, что размер кухни не более 6–7 кв. м.
Коридор длинный, вытянутый. Неудобство его в том, что трудно подобрать подходящую мебель для прихожей. Впрочем, изобретательный народ придумывал неординарные решения для таких коридоров.
Для одного человека это прекрасная жилплощадь. Не общежитие, не съёмный угол. Целая квартира. Но как содержит Афоня своё жилище? Давайте рассмотрим обстановку более детально.
Гостиная-спальня
При осмотре обстановки у меня для Афони только одно оправдание: такой квартира ему досталась от предыдущего жильца. Обои симпатичные — букетики цветов и бабочки на приятном, спокойном фоне. Но состояние их ужасное — пятна, потёртости, и это создаёт гнетущее впечатление.
Мягкий диван, круглый стол, разномастные стулья — все вещи сами по себе неплохи. Если их почистить, покрасить, освежить — комната заиграет новыми красками. Такие столы сейчас в почёте — их реставрируют, накрывают гобеленовой скатертью, и они становятся украшением ретроинтерьеров.
Двухрожковый торшер возле дивана — настоящее детище 70-х. Тоненькие ножки, абажуры из полихлорвинила — симпатичная, но ломкая вещь. Все попытки отремонтировать такой торшер закончились у меня ничем, и я махнул рукой на чудо дизайна.
У Афони один абажур обёрнут газетой. Обычно так делали, чтобы затемнить яркий свет. Но у нашего сантехника, думаю, газета прикрывала дыру. Люстру под потолком заменяет одинокая лампочка.
Ванная
Сантехника хорошая. Что значит квартира профессионала! Кроме шуток, увидев гостиную, ожидаешь увидеть облупленную ванну и подтекающие краны, но нет, всё в полном порядке. Кафель самый простой, белыми квадратиками, местами отколотый.
Здесь хозяин наводит красоту перед разбитым вдребезги зеркалом с наклеенной картиночкой. Эти ужасные картиночки повсюду. Печальное напоминание о том, что жильцы квартиры всё же пытались украсить дом, пусть и таким примитивным способом.
Меня удивляет нежелание Афони отремонтировать своё жильё — такой рукастый, талантливый и образованный парень. Он не должен жить в такой обстановке. Однако живёт.
Кухня
Яркий образец холостяцкого минимализма. «Вторую вилку купить надо!» — замечает штукатур Николай, временно проживающий у приятеля, на что Афоня коротко роняет: «Займись!»
Кастрюля на столе меня не шокирует — в годы студенчества тоже так ели. Почти ничего не выбивается из привычного стереотипа советской кухни. Белые шкафчики (с картиночкой, конечно), небольшой стол, табуретки. Алюминиевая кружка, из которой здесь пьют — привет, видимо, из армии.
Стены отделаны всё тем же белым поколотым кафелем. Газовая плита на удивление чистая. А я знаю по опыту, как трудно содержать в чистоте газовую плиту. Но холодильник ужасен, ему место или на помойке, или в музее холодильной техники. Видимо, тоже наследство от прежних жильцов.
Брагинские пятиэтажки Ярославля стали знамениты именно благодаря фильму «Афоня». Они до сих пор стоят, вызывая ожесточённые дебаты: развалятся, не развалятся? А для нас они напоминание о парне, которому выпал шанс изменить свою жизнь. И много лет мы задаёмся вопросом: получилось ли у него?