Исходя из логики прежних выступлений президента, скорее следует ожидать продолжения стратегии «экономных» мер поддержки, не предусматривающих прямых и массовых выплат.
А, думается, самой бюджетной для власти мерой поддержки было бы простое снятие всех ограничений. Ну, хотя бы потому, что альтернатива выглядит намного хуже: введение ещё более жёстких и долгосрочных мер потребует полной личной ответственности президента — то, чего Владимир Путин пытался избежать с самого начала пандемии (угроза расправиться с ней, как с половцами, не в счёт).
Уже эта дилемма, полагает директор Центра исследований постиндустриального общества Владислав Иноземцев, предполагает однозначный исход: объявить придётся о том, что потерпеть нужно до середины мая, а потом вернуться к «новой нормальности», «с социальным дистанцированием и масками, но без пропусков и в стандартном трудовом графике».
Потому что более жёстких карантинных мер население, которое не соблюдает даже «самоизоляцию», попросту не примет. Особенно накануне длинных выходных и майских праздников. Время для закручивания гаек упущено, ситуацию более ужесточить невозможно.
На вероятность именно такого сценария президентского заявления указывают косвенные признаки того, что к середине мая будет объявлена победа над пандемией. Так, например, премьер Михаил Мишустин уже поручил к 30 апреля проработать комплекс шагов по постепенной отмене ограничительных мер, президент поддержал инициативы по «обкатке» их в Калининградской области.
Причём дата отмены ограничений достаточно точно просчитана и примерно совпадает с тем моментом, когда население может начать предъявлять государству претензии по уже выданным обещаниям. К примеру, по началу выплаты денег за вынужденно пропущенные дни. То, насколько остановленным предприятиям удалось добиться от банков выдачи зарплатных кредитов, прояснится к понедельнику, 18 мая. Вероятно, эта дата будет озвучена Путиным в качестве запланированной точки для отмены «самоизоляции».
Государство просто не успеет за две праздничные недели организовать какие-то новые и существенные программы помощи.
Да и, судя по всему, не имеет для этого большого желания. Ведь любое серьёзное продление нынешнего режима «сидения дома» невозможно без массовых денежных выплат населению. А они для правящего режима, похоже, тоже невозможны. И не только потому, что, как сказал Герман Греф, у государства нет таких финансовых «снарядов». Хотя уже известно, что даже без дополнительных мер бюджетный дефицит «съест» половину ФНБ уже в этом году.
Просто то, что в конце марта, когда Путин объявлял первую «нерабочую» неделю, было воспринято «на ура» как благодеяние, в начале мая уже выглядит как вытребованная уступка, то есть совершенно психологически невозможное для президента проявление слабости власти. Вслед за первой уступкой народ может захотеть продолжения.
С точки зрения социальных психологов, народ похож на капризную невесту, которой нужно оказывать путь небольшие, но постоянные знаки внимания. А на большие у нашего государства, к сожалению, денег нет.
Не случайно Кремль сказал в начале апреля — нас пока не волнует экономика, приоритет — спасение жизней. Играть на двух фронтах сложно. Тем более, когда не ясно, что на этих фронтах на самом деле происходит.
Формировавшийся на протяжении последних 20 лет на принципах личной преданности, а не профпригодности, сегодня госаппарат, думается, неспособен даже в краткосрочной перспективе спрогнозировать развитие событий, глубину и длительность предстоящего падения.
Это ещё одно объяснение абсолютно бытового желания погодить и попридержать ту самую заветную и последнюю кубышку...
Ещё и поэтому нужно объявить эпидемию побеждённой, собрать расползшуюся из рук власть, проинспектировать ситуацию и ресурсы — и после этого, видимо, заняться экономикой. К середине мая появится чуть больше определённости с трендами нефтяных цен, с нанесённым стране финансовым ущербом, размерами дефицита и направлениями траты резервов. Наконец, возможно, главное — уйдут особенно раздражающие население запреты, на фоне которых не «играют» никакие компенсации. И тогда наступит новый период борьбы с кризисом.
Но в любом случае «вертолётных денег» для народа и малого бизнеса не будет. В логике власти они уже будут не нужны — ведь работать теперь никто не мешает...