Статистика Великой Отечественной войны — жуткая вещь, потому что становится очевиден масштаб потерь.
Раз в пять лет выходят официальные, но интересные статистические сборники о Великой Отечественной войне. Там собраны воедино данные о демографии, промышленности, сельском хозяйстве и многом другом. Если честно контент не сильно меняется, но каждый раз стараются дополнить чем-то новым, пусть даже и не сильно заметным.
Готовится выпуск сборника и сейчас, и мне в глаза бросилась интересная деталь в таблицах с возрастно-половыми пирамидами на 1941 год. Вернее, не совсем пирамидами — в этом, пожалуй, суть.
В традиционном обществе возрастно-половая пирамида — это именно пирамида: детей больше, пожилых меньше, женщин чуть больше, но это не бросается в глаза. В результате второго демографического перехода она становится не сказать чтобы прямоугольником, но близко к тому: детская смертность низкая, почти все, кто рождается, доживает до старости.
В России известен такой феномен, как «исчезнувшее поколение». В 1946 году только в РСФСР жило на 12 млн человек меньше, чем в 1941 году. В 1941 году в России насчитывалось 9,5 млн юношей и мужчин 15–24 лет, а 1946 году — 6 млн мужчин 20–29 лет. Плюс к этому стоит понимать, что в войну рождалось очень мало детей: в 1940 году в РСФСР было 7,5 млн детей до 4 лет, в 1946 году — 3,5 млн.
После войны в России рождаемость так волнами и идет: то всплеск, то спад на том месте, где должны быть дети, внуки и правнуки родившихся в 1940-е.
Но оказывается, и это хорошо видно на возрастно-половой пирамиде 1941 года, исчезнувшие поколения были в России и раньше. Одно, и это вполне очевидно, состоит из неродившихся или умерших в младенчестве во время Первой мировой и Гражданской войны. Второе, об этом как раз многие забывают — из тех, кто должен был родиться в первой половине 1930-х годов.
Картинка настолько ясная, что даже невооруженным глазом общие демографические потери (то есть умершие и неродившиеся) в 1927-1937 гг. можно оценить по крайней мере в 10 млн человек. Это цена коллективизации, голода и, в меньшей степени, репрессий. Неудивительно, что Иосиф Сталин так нервно отреагировал на перепись 1937 года — гордиться и правда было нечем.