Все священные моления (тхьэлъэ1у), как и у многих других народов, проходили в “священном поле”, у “священного дерева”. Простор, пробуждающаяся природа, зеленая трава, пресыщение обрядовой пищей, поздравления и здравицы, основанные на вере в то, что непременно сбудется все, что в них заключено; доброта, любезность во взаимоотношениях - все это должно было обеспечить благополучие и умножение как самого человеческого рода, так и животных, обильную растительность пастбищ и плодородие полей. Таким образом, адыгэ хабзэ еще раз демонстрировало слитность окружающей среды и человеческой природы. В этом, надо думать, проявлялись, с одной стороны, устойчивость этих тхьэлъэ1у, а с другой - необходимость как часть духовной культуры адыгов. По мнению А. И. Робакидзе, такое явление у народов Кавказа указывало не на их отсталость, а на преемственность процесса развития в социальной, хозяйственной, культурной, нравственной жизни народов, на автохтонность и способность этих хабзэ выполнять различные функции на разных ступенях общественного развития. В справедливости этих слов особенно убеждают те процессы, которые происходят сейчас в возрождении народных традиций и росте национального самосознания. Народ обкрадывает себя, если он не умеет ценить имеющие непреходящее значение духовнонравственные принципы, к которым относится и адыгэ хабзэ, каким все испытаниям он ни подвергался.