В начале осени у мамы случился инсульт. Произошло это внезапно, когда она была у подруги на даче. Они сидели вечером на веранде, пили чай и беседовали. И внезапно маме стало плохо. О произошедшем сообщила ее подруга. Она вызвала скорую, но пока она приехала, было уже слишком поздно.
После того, как я узнала о случившемся, то долго плакала, умом понимая, что мамы уже нет с нами, но мое сердце не могло смириться с этим, оно просто отрицало мамину смерть. Но в конце концов я взяла себя в руки, ведь понимала, что теперь мне предстоит многое сделать и подготовить похороны.
Утром следующего дня к нам пришло много людей: родственники, друзья, соседи. Все хотели утешить и хоть чем-то помочь. Общими усилиями мы быстро привели дом в порядок и подготовили все необходимое для похорон.
В конце дня я буквально валилась с ног и думала, что провалюсь в сон без сновидений. Но не тут-то было. Как только я осталась наедине с собой, меня снова накрыла волна отчаяния и тоски по маме. Я прочитала молитву и уснула тревожным и беспокойным сном.
На следующий день привезли гроб, мужчины занесли его в зал. К этому времени приехали родственники из других городов, которые смогли быстро добраться. Я на автомате здоровалась со всеми, что-то отвечала, но мало что понимала. Я вышла из транса, только, когда увидела тетю. Она плакала. А ведь я никогда не видела ее плачущей, она была сильной женщиной, которая обычно всех поддерживала и всем помогала.
Меня с братом позвали к маме, чтобы попрощаться с ней. Я подошла к комнате, но как только увидела бледное лицо в гробу, отшатнулась. Я не могла заставить себя зайти туда. У меня начало темнеть в глазах, ноги подкосились и я потеряла сознание.
Я очнулась у себя на кровати, муж сидел рядом со мной и дал мне успокоительного. Он сказал, что если я не готова попрощаться, то не должна этого делать. Но я настояла, ведь это последний раз, когда я могла увидеть маму.
Когда я все-таки через время зашла в зал, там уже было полно народу. Я молча подошла к гробу, постояла минуту, а потом поцеловала маму в лоб. Я не плакала, слезы у меня уже просто закончились. Я рассматривала бледное лицо и пыталась его хорошо запомнить.
Похороны казались мне бесконечными. Я хотела побыстрее покончить с этой глупой церемонией и остаться наедине со своими мыслями. Я хотела отдаться своим чувствами и безучастно рыдать, но только чтобы никто меня не видел.
На следующий день после похорон я встречалась с друзьями и знакомыми и, на удивление, довольно спокойно рассказывала о случившимся. Но мне было очень важно, что нашлось много людей, которые были рядом и поддержали меня в трудную минуту.
Также немалую роль в моем примирении с маминой смертью сыграла и вера в Бога. Как раз незадолго до маминой смерти я спорила с братом по поводу важности веры и о том, что невозможно жить полноценной жизнью без Бога. Я пыталась донести ему утверждение о том, что все, происходящее в нашей жизни неслучайно. Мы должны принимать это со смирением.
И именно сейчас я сама до конца поняла смысл этого утверждения. Это помогло мне примириться с утратой. Я благодарю Бога, что у меня есть любящая семья, много друзей и знакомых, которым я небезразлична.
До самых 40 дней у нас дома постоянно кто-то был, чтобы помочь и поддержать. И это просто присутствие, забота и добрые слова очень помогали мне. Эти люди и вера в Бога не давали мне окунуться в омут депрессии.
Первые недели мне казалось, что всё нормально, что я держусь и все наладится. Видимо это оттого, что я до конца не поняла, что мамы теперь нет рядом. Я то и дело думала, что надо вот позвонить, почему это мама давно не заходит в гости.
Только спустя примерно полтора месяца я со всей ясностью поняла, что больше не увижу маму. Тут начались и бессонные ночи, и постоянные перемены настроения, даже здоровье мое ухудшилось, я начала буквально таять на глазах своих близких.
И вот однажды я увидела себя в зеркало и поняла, что стала бледной тенью самой себя, я выгорела духовно и физически. И тогда я решила взять себя в руки: опять начала бегать по утрам, опять начала ходить в гости к друзьям, выбираться на разные мероприятия, ходила в церковь.
Последние несколько лет мы с мамой были особенно близкими, ведь я понимала, что ни я, ни она не молодеем, и хотелось подарить как можно больше тепла и внимания. Мы часто ходили вместе в театр, сидели в кафе, я покупала ей разные мелочи, полезные вещи для дома. Но я так и не осмеливалась просто обнять и поцеловать ее, в нашей семье не было принято проявлять чувства. И это единственное о чем я сейчас жалею. Но я знаю, что любила ее и была любима!
Прислано в редакцию сайта pohorony.com.ua - Людмила, 40 лет