Записки от 8 декабря 2013
Вчера я взяла и заездила Кагора. Я села на него на кордовом кругу и доехала до дома.
Пенка внимательно посмотрела на происходящее, и стала странно себя вести.
Сегодня я думала, ехать ли мне на ней. Прибывала на этот счёт в сильных сомнениях. Вчера я прогуляла кобыл, а потом ещё и прокатилась на Кагоре. Последнее длилось минут 5, но потребовало напряжения и сосредоточенности (в основном, правда, моральных, но тем не менее я прилично утомилась). Кроме того, ещё в лесу у меня промокли штаны и ботинки, и с Кагором я пошла уже изрядно подмёрзшая. Из-за этого с утра, не взирая на чай с мёдом и папину чудо-настойку, я чувствовала некоторую ломоту в костях. Я уже совсем было отказалась от этой затеи, но вдруг...
Пенка, которая преимущественно топчется у рулона с сеном либо строит молодёжь, встала напротив окна у которого я сидела, уставилась на меня и начала тоненько призывно ржать. Я сначала не придала этому какого-то сакрального значения. Но минут через 10 (поскольку данное поведение не прекратилось, а напротив, приобрело некоторую настойчивость), стала подозревать, что это про мою душу. Посмотрела на часы - ага! Время, когда я обычно иду чистить и седлать кобылу.
Деваться некуда - встала и пошла. Пенка с явным удовлетворением (мол, ну наконец-то до неё дошло) пришла чиститься. Но на этом её чудачества не закончились.
Как стало холодно и выпал снег, у меня возникла трудность. Кобыла перестала брать удила. Стискивала зубы и ни в какую. Оказалось, что ей не нравится холодная железка. Мне приходилось отогревать её руками, и только тогда удавалось-таки кое-как всунуть в пасть. Сегодня... она влезла в уздечку ещё до того, как я осуществила акт подогрева.
Во время прогулки тоже всё шло иначе. Ранее на развилке Пенка назойливо предлагала повернуть в сторону дома, а сегодня наоборот, причём столь же назойливо. Когда мы доехали до поляны, она попыталась завести меня на второй круг.
Возникло ощущение, что она мне показывала, что лучше неё лошади нет, посему нечего лезть на всяких там Кагоров.