Владимир Свержин – популярный писатель, одинаково удачно работавший в разных литературных жанрах. И хотя он прославился в качестве фантаста (огромным успехом пользуется его серия «Институт экспериментальной истории»), детективы ему удавались не хуже.
Именно детектив стал последней крупной работой Свержина: 5 апреля 2020 года после продолжительной болезни он умер. Однако незадолго до этого писатель успел передать в Storytel рукописи последних двух книг, одна из которых — «Анонимное общество любителей морских купаний» — превратилась в аудиосериал.
Действие разворачивается во времена «Прекрасной эпохи» — в Западной Европе XIX века. Главный герой романа, профессиональный игрок и русский офицер польского происхождения граф Владимир Тарло, начинает работать на тайную службу Монако, а в напарницы ему навязывают отпетую аферистку, «преступную звезду» мировых масштабов.
Отрывок из нового романа Владимира Свержина
Королевские апартаменты, где обитал граф Тарло, были способны удовлетворить взыскательный вкус любого заезжего монарха.
Но короли и даже владетельные князья тут бывали не часто, так что богатый потомок магнатского рода Тарло был желанным гостем в роскошных палатах.
Безмолвный Андре с поклоном открыл дверь перед господином. Тот еще на пороге скомандовал барственным тоном:
— Распорядись, чтобы в номер доставили бутылку «Вдовы Клико». И пусть найдут мне год кометы! Я желаю отметить сегодняшний выигрыш! Кстати, если там, внизу, встретишь кого-нибудь, достойного составить мне компанию, зови в гости. Не могу же я, в самом деле, праздновать в одиночку!
— Слушаюсь, ваше сиятельство! — низким голосом пророкотал Андре, поставив на столик саквояж с «выигрышем», и бросился исполнять приказание.
Едва он скрылся за дверью, граф Тарло устремился к чемоданчику, открыл его и обмер. Перед ним красовалась передвижная выставка трофеев из пещеры Али-Бабы. Золотые монеты, украшения… Он попробовал так же легко, как только что делал Андре, приподнять сокровищницу, однако в саквояже оказалось не меньше пуда веса.
«Что бы это все значило? Что за нелепое происшествие? — озадаченно глядя на оставленные без присмотра сокровища, подумал граф. — А что, если я сбегу и прихвачу „казну“ с собой?»
Он вновь быстро огляделся, оценивая ситуацию. Быть может, эта мадам с ухватками боксера-тяжеловеса в чем-то и преувеличивала свое влияние, но, вероятно, не слишком. Наверняка выйти из отеля, не привлекая настороженных взглядов, не удастся. Но и оставаться, играя непонятно какую роль подозрительной игре, совершенно не имеет смысла. А если попробовать, к примеру, поискать обходной путь? Немного времени в запасе есть: пока Андре будет заказывать «вдовушку» года кометы, пока ему станут объяснять, что недавно этот сорт шампанского закончился… Можно рискнуть!
Тарло подошел к балконной двери и тихо повернул литую бронзовую ручку в виде изогнувшегося в прыжке дельфина — завуалированный намек на французского престолонаследника, для которого некогда и предназначались эти апартаменты. До сего дня Владимиру не доводилось оценивать нависший над синью волн балкон, романтично увитый диким виноградом, в качестве пути быстрого отступления из отеля. Как оказалось, напрасно.
Граф осмотрелся и попробовал лозу на прочность. Крепкая, выдержит. Одна лишь закавыка — спускаться по ней с таким грузом в руках чертовски неудобно. Не в зубах же тащить пудовый саквояж?! Оставить сокровища в номере? Ну, нет! Кто бы ни была эта проклятая мадам, ее выходки не заслуживают подобной щедрости. Пусть расплачивается, пусть знает, что оскорблять графа Тарло — дорогое удовольствие!
«А если, скажем, не забирать чемоданчик сейчас? — раздумывал граф. — Если повременить? Крепко привязать его к лозе, спустить между этажами, спрятать в листве, а потом, когда шум уляжется, вернуться и забрать. Кто догадается, что я оставил здесь сокровище? Вряд ли их станут искать, если я исчезну. История не слишком красивая, но не я затеял эту возню. А на войне — как на войне! Если мадам Ле Блан желает указывать, что мне надлежит делать, а что нет, пусть знает, что со мной этот номер не пройдет!»
Едва он скрылся за дверью, граф Тарло устремился к чемоданчику, открыл его и обмер. Перед ним красовалась передвижная выставка трофеев из пещеры Али-Бабы. Золотые монеты, украшения… Он попробовал так же легко, как только что делал Андре, приподнять сокровищницу, однако в саквояже оказалось не меньше пуда веса.
«Что бы это все значило? Что за нелепое происшествие? — озадаченно глядя на оставленные без присмотра сокровища, подумал граф. — А что, если я сбегу и прихвачу „казну“ с собой?»
Он вновь быстро огляделся, оценивая ситуацию. Быть может, эта мадам с ухватками боксера-тяжеловеса в чем-то и преувеличивала свое влияние, но, вероятно, не слишком. Наверняка выйти из отеля, не привлекая настороженных взглядов, не удастся. Но и оставаться, играя непонятно какую роль подозрительной игре, совершенно не имеет смысла. А если попробовать, к примеру, поискать обходной путь? Немного времени в запасе есть: пока Андре будет заказывать «вдовушку» года кометы, пока ему станут объяснять, что недавно этот сорт шампанского закончился… Можно рискнуть!
Тарло подошел к балконной двери и тихо повернул литую бронзовую ручку в виде изогнувшегося в прыжке дельфина — завуалированный намек на французского престолонаследника, для которого некогда и предназначались эти апартаменты. До сего дня Владимиру не доводилось оценивать нависший над синью волн балкон, романтично увитый диким виноградом, в качестве пути быстрого отступления из отеля. Как оказалось, напрасно.
Граф осмотрелся и попробовал лозу на прочность. Крепкая, выдержит. Одна лишь закавыка — спускаться по ней с таким грузом в руках чертовски неудобно. Не в зубах же тащить пудовый саквояж?! Оставить сокровища в номере? Ну, нет!
Кто бы ни была эта проклятая мадам, ее выходки не заслуживают подобной щедрости. Пусть расплачивается, пусть знает, что оскорблять графа Тарло — дорогое удовольствие!
«А если, скажем, не забирать чемоданчик сейчас? — раздумывал граф. — Если повременить? Крепко привязать его к лозе, спустить между этажами, спрятать в листве, а потом, когда шум уляжется, вернуться и забрать. Кто догадается, что я оставил здесь сокровище? Вряд ли их станут искать, если я исчезну. История не слишком красивая, но не я затеял эту возню. А на войне — как на войне! Если мадам Ле Блан желает указывать, что мне надлежит делать, а что нет, пусть знает, что со мной этот номер не пройдет!»
Тарло перегнулся через мраморные перила балкона и принялся рассматривать бьющиеся о подножие скалы волны. Связать простыни или попросту спрыгнуть? Кто знает, глубоко ли тут под балконом? С простынями верней, но на это уйдет время, а скоро уже может вернуться Андре. Надо рискнуть. Попробовать, что ли, слезть по лозам?
«Потом придется немного поплавать. Но вода здесь теплее, чем в Финском заливе, а там я проплывал на спор от Ораниенбаума до Кронштадта. Здесь до яхт всяко ближе. Прихватить с собой немного золота. Любой здешний капитан за пару золотых монет согласится прокатить меня до Италии. Ну, с богом!»
Граф еще раз глянул вниз, повернулся, собираясь возвратиться в номер за саквояжем, и тут услышал глухие всхлипы. Плакала женщина. Совсем близко…
— Сударыня, могу я вам чем-нибудь помочь? — спросил граф, озираясь по сторонам.
Тут он вспомнил: мадам Ле Блан упоминала, что баронесса живет в соседнем номере!
Через миг Владимир увидел черноволосую незнакомку на соседнем балконе. Услышав незнакомый голос, девушка подняла залитые слезами печальные глаза.
Не узнать ее было невозможно — она была такая одна.
— Помочь? Благодарю вас, сударь, увы, нет… — Красавица тяжело вздохнула. — Для меня все кончено.
— Ну что вы, сударыня! Смотрите, день для всех только начинается.
— Оставьте шутки! — Юная баронесса всхлипнула. — Мне сейчас не до них.
— Неужели ваша беда так серьезна?
— Серьезна? — Прелестное лицо баронессы вспыхнуло. — Еще как серьезна! В полдень меня отсюда вышвырнут с позором, как приблудившуюся нищенку. Я… Я…
Она вновь уткнулась заплаканным лицом в ладони.
— Сударыня, кажется, я видел вас сегодня… или, вернее, уже вчера ночью. Да что там кажется — точно видел! Давеча, в игорном доме! От вас что же, отвернулась удача?
— Ну что вы, мсье, как можно? Я не играла, лишь смотрела. Но… — Баронесса глубоко вдохнула, силясь удержать слезы.
— Похоже, мадам, речь идет о деньгах?
— Речь идет о моей чести! — вспыхнула баронесса. — И добром имени.
— Но для их поддержания необходимы… средства? — высказал очередную догадку прожженный ловелас.
— Как нескромно говорить об этом! — поморщилась красавица и, чуть помедлив, вздохнула: — Увы, да.
— В таком случае, я думаю, проблема не стоит пролитых вами слез. Быть может, мадам желает переговорить об этом в более комфортной обстановке?
— Вы что же, хотите, чтобы я пришла к вам? — неподдельно ужаснулась прелестница. — Пришла в номер к незнакомому мужчине?!
— Да, это проблема. Что ж, разрешите представиться, граф Тарло, Владзимеж Тарло.
— Алиса Деттери, баронесса фон Лауэндорф, — растерянно глядя на лейб-улана заплаканными глазами, тихо представилась девушка.
— Ну а теперь, когда свидетелем нашего знакомства стало все это милое княжество, быть может, вы все же расскажете, что довело вас до такого печального состояния? И мы поймем, чем ваш покорный слуга мог бы быть вам полезен.
— Хорошо, — изящно промокнув слезы кружевным платочком, вздохнула баронесса. — Я верю, что вы не причините мне зла. И впрямь, мои горести — не то, о чем следует кричать с балкона.
Она грациозно поднялась и скрылась за дверью, а спустя пару минут тихий стук возвестил о появлении посетительницы в апартаментах графа Тарло.