Строительство Версаля вошло в историю как одно из самых дорогих: в пересчете на современные деньги на него было потрачено около $ 300 млрд. Тем не менее строителям приходилось экономить, поэтому дворец времен «короля-солнца» запомнился его обитателям не только богатым убранством, но и сквозняками, которые были так сильны, что приходилось спать буквально в десяти одеждах. Однако главную славу Версаль XVII века снискал как место, пронизанное дурными запахами, от которых невозможно было скрыться. Но, быть может, это всего лишь домыслы?
До правления Людовика XIV резиденцией французских монархов был Лувр, но, спустя некоторое время, «король-солнце» задумал построить новый дворец в пригороде Парижа. Официальной причиной начала строительства называлась боязнь короля за свою жизнь. Он неоднократно повторял, что политические интриги не дают ему спокойно спать, поэтому резиденцию нужно перенести подальше от парижских заговорщиков.
На самом деле причина заключалась в другом.
Побывав на новоселье у министра финансов Фуке, Людовик XIV увидел дворец, который был гораздо красивее и роскошнее Лувра. А монархи не любят, когда кто-то демонстрирует свое превосходство.
В тот же вечер Людовик XIV приказал явиться к нему архитекторам Луи Лево, Жюлю Ардуэн-Мансару и парковому планировщику Андре Ленотру. Они получили задание: создать неслыханный по красоте дворец, который отражал бы все величие французского короля. Так началась история Версаля. А Фуке поплатился за уязвленное самолюбие Людовика XIV и был арестован в том же 1661 году.
Общеизвестный факт: Версаль времен Людовика XIV был, мягко говоря, местом очень пахучим. Но насколько он правдив? Начнем с того, что в то время отношение к гигиене было несколько иным, чем сейчас, и горячая вода считалась «субстанцией», провоцирующей распространение болезней. Существовало мнение, и вполне справедливое, что она открывает поры, через которые (а вот это уже, конечно, заблуждение) может передаться любая болезнь, даже чума.
Говорят, что Луи принимал ванну только трижды в жизни. Но несмотря на то, что гигиенические процедуры в то время проводили реже, чем сейчас, это не более чем байка. У Людовика были ванны — в основном переносные, правда использовал он их, как правило, для любовных утех со своими многочисленными фаворитками. Так, например, в крыле, предназначенном для мадам де Монтеспан, была выстроена восьмиугольная купальня со стоячей водой. Что же касается гигиены монарха в целом, то каждое утро его обтирали тканью, вымоченной в спирте, а нижние одежды он менял несколько раз в день.
А вот подданные Людовика, проживавшие в Версале, не имели собственных ванн в апартаментах, поэтому их уход за чистотой тела сводился преимущественно к так называемому сухому мытью. Они просто обтирались тканью — как правило, сухой, а иногда пропитанной чем-то кислым.
Но белье и сорочки (их носили и мужчины, и женщины) они меняли очень часто: чистоту, которую в числе прочего символизировали белые манжеты, выставляли напоказ. Сами рубашки стоили очень дорого — настолько, что после смерти человека их вносили в опись его имущества. Верхнюю одежду короля и придворных не стирали, а тщательно чистили, поскольку ткани, из которых их шили, а это были бархат и шелк, стирка могла повредить. Зато сорочки, постельное белье и скатерти отдавали прачкам.